Заражение

В полутемном помещении перед белой дверью группа выглядела колонной грешников, которых малыми порциями запускают в светоносный проем. Когда, подталкиваемая позади стоящими, в кабинет зашла первая пара, Зоя Викторовна улыбнулась, ударила в ладоши – но никто даже не встрепенулся. Те, кто стоял ближе к приоткрывшейся двери, увидели доктора в белом халате с бородкой и в колпаке – по-видимому, это и был доктор Айболит, правда выглядел несколько моложе, чем его рисуют в сказках.

Дверь закрылась. Время потекло так медленно, будто его нарочно кто-то тормозил.

Хуже всего, что оттуда не было слышно ни звука. Гробовая тишина. Это пугало сильнее всего. Легче слышать, когда кто-то заплачет, или наоборот, засмеется. А тут – ничего.

В середине очереди кто-то всхлипнул. Еще чуть-чуть и вся процессия грозила растерять остатки самообладания, но тут дверь медленно отворилась и… оттуда выпорхнули Ефим Петренко и Лена Кудрявцева, зашедшие первыми – их лица светились счастьем, в руках, за длинные ленты они держали по яркому парящему шарику, у Ефима там красовалась обезьянка, корчившая рожицы.

У Лены топал полусогнутой ногой слоненок – он явно был доволен жизнью, о чем свидетельствовал воздетый к небу хобот.

– И я такой хочу! Мне дайте! Зоя Викторовна, а можно мы пойдем теперь! – наперебой заголосили ряды, – и те, кто стоял ближе всех и за ними и самые крайние.

– Вы за нами! – теперь каждый хотел как можно скорее оказаться в кабинете.

– Все успеют, – успокоила детей воспитатель. Ее задумка с шариками сработала.

 – Не кричите так, не мешайте работать доктору. Шариков хватит на всех!

Из кабинета тем временем выскочила новая двойка. Артем Калашников, совершенно счастливый, держал яркий сиреневый шарик с улыбающимся мангустом, а Олеся Рябоконь – красный, на его боку плясал неутомимый морской котик.

– Ничего не больно, ничего не больно, – плясал Артем, выделывая ногами замысловатые кренделя.

– Я тоже такой хочу! А нам не хватит, нам точно не хватит! – напирали ряды.

– Всем, абсолютно всем хватит! – Зоя Викторовна посмотрела в конец очереди.

Петя ерзал, стараясь высмотреть поверх голов более высоких ребят – сколько осталось. Она помахала ему:

– Петя, для тебя припасен особенный шарик, я спросила у доктора Айболита. И для тебя Сашенька тоже.

– А для нас тоже особый? – тут же подали голос братья Костровы. Они, как всегда, были вместе, держась за руки. Лупили всех подряд они тоже вместе.

– Несомненно. И для вас тоже. Для всех.