Заражение

– Что в сумке? – неприязненным тоном спросил Марцелов и Гаврилюк узнал этот тон – еще чуть-чуть и младший сержант заведется, маховик ярости раскрутится, пелена падет на глаза и тогда – берегись: успокоить беснующегося полицейского будет трудно – только выдохшись, намахавшись вдоволь дубиной, только тогда он вновь становился самим собой.

Не дождавшись ответа, Марцелов присел на корточки и ручкой дубинки подтянул сумку поближе, не сводя при этом глаз со странного парня. Где же я его мог видеть, – не мог вспомнить полицейский.

Выглядел парень очень, очень болезненно, будто только что сбежал из инфекционной больницы – лицо покрывала белесая слизь с крупными красными пятнами, глаза… тоже белые, словно без зрачков – это больше всего напугало сержанта, из-под черной шляпы торчат тонкие, совершенно седые клочья волос – как у куклы на помойке.

Сумка оказалась между ног Марцелова. Он нащупал собачку замка и потянул ее – с характерным звуком молния расстегнулась. До самого верха спортивная сумка была наполнена картонными держателями со множеством стеклянных пузырьков.

Это походило… – Марцелов почувствовал, как заколотилось его сердце. Невероятная удача! Тут даже и думать не нужно, на что это, мать его, походило. Чистая 228-я. Хранение, перевозка наркотических средств в особо крупных. Может быть, партия метамфетамина, или еще какой-нибудь гадости, – промелькнула у него мысль и азарт охотника, наконец выследившего крупную, очень крупную дичь, накрыл его с головой.

– Возьми-ка его на мушку, – сказал он напарнику, – пока наши не приедут. – Тут черт знает, что, в этой сумке. Похоже на наркоту. – Он встал на ноги и мыском отпихнул сумку в сторону Гаврилюка. – Глянь!

Тот уже доставал табельное оружие.

– Эй, как там тебя. Тебе же будет лучше, если скажешь, что это за херня. Потому что в отделении мы будем разговаривать с тобой по-другому. Ты меня слышишь, мудила?

– Может, он глухой? – предположил Гаврилюк, вытирая внезапно выступивший пот на лбу.

Ему вдруг стало жарко, так жарко, что захотелось немедленно сбежать. Такую крупную партию наркоты (а что еще это могло быть, совершенно очевидно, наркотики!), он видел только по Первому каналу.

– Он же отдал сумку, значит слышал, – ответил Марцелов. – Мой тебе совет, приятель – начать говорить прямо сейчас.

Мужчина или парень, трудно было сказать, сколько ему лет на самом деле, подался чуть вбок, переместив массу тела на другую ногу.