Последний отсчет. Том первый.

Приблизившись к задержанному, старший агент заговорил мягким, закрадывающимся в душу голосом:

– Виктор… Что с вами произошло? До недавнего времени вы даже не были ни разу оштрафованы, как вдруг такой разворот жизненных ориентиров в сторону негатива. Что побудило вас встать на преступный путь?

Изменившись в лице, Столетов рванулся вперёд, но пристёгнутые к столу наручники не позволили ему дотянуться до агента. И всё же Строгов, от греха подальше, отстранился назад.

Задыхаясь от злобы, Виктор процедил сквозь зубы:

– Слушай ты, сопляк! Что ты мне тут строишь из себя добренького? В душу мне пытаешься заглянуть!

– А она у Вас есть? Душа-то…

На голове задержанного, сквозь повязку, пятно крови увеличилось в размере.

– Поболей твоей будет.

Словно хищный зверь, Столетов оскалился, и перевёл злобный взгляд на стоявшего у двери генерала:

– Это вы, вы преступники. Негодяи вы, а не я.

Молча, Зорин вышел из комнаты для допросов, но задержанный продолжал кричать ему вслед:

– Слышишь меня? Ты… Генерал… Это вы преступники! Вы народ держите на поводке! Ваши чипы – враньё! Человек сам вправе выбирать сектор «Двенадцать»! Сам…

Безразлично, наблюдая за буйством Столетова, старший агент сложил руки на груди и подметил:

– И начнётся хаос.

– Не будет никакого хаоса! Держать народ под контролем – вот что такое ваши чипы!

Собрав принесённые с собой предметы, Строгов поднялся со стула и прихрамывая, покинул допросную. В истерике Столетов кричал, глядя в зеркало, а из-под повязки по его щеке текла струйка крови:

– Преступники вы, а не я! Я – борец за справедливость! За мной пойдут тысячи, сотни тысяч, миллионы! Мы свергнем эту власть, а вас уничтожим…

***

Военные в форме и агенты в штатском, расступились и вошедший в аппаратную комнату Строгов, подошёл к Зорину.

Генерал был хорошо сложён физически и по-военному коротко стрижен. Вот только большие звёзды на погонах, как-то не стыковались с его возрастом… Было генерал-майору всего-то двадцать три года.

За стеклом в допросной, Столетов продолжал кричать и рвать наручники в истерическом припадке.

С усмешкой в голосе, Зорин обратился к старшему агенту:

– Ну что скажешь, Строгов?

Уловив издёвку в вопросе, агент ответил коротко, по существу:

– Побуянит, потом успокоится, затем продолжу допрос.

– Продолжай, продолжай… Только этот фанатик никого не выдаст. Поверь мне.

Вздохнув, Зорин двинулся к выходу:

– Не пойму только, где он возьмёт эти миллионы.