Новый Восток

Наконец, она решила заканчивать этот балаган и, повернувшись к Гиусу, посмотрела на него своим тяжелым взглядом. Тот в свою очередь свел глаза к кончику носа и высунул язык, девушка, не удержавшись, махнула рукой и расхохоталась:

– Гиус ты не исправим! Ладно, время уже позднее, нужно поспать, мне во всяком случае. Ты спишь в зале на диване, плед в шкафу достанешь. Я в душ, потом спать, а ты как хочешь.

– Я пожалуй еще посижу полчаса, надеюсь, ты не против, если я буду хозяйничать у тебя на кухне и приготовлю себе еще кофе?

– Не вопрос, дружище.

Вари свою смолу, которую ты упорно называешь кофе, кури свой яд и наслаждайся уединением. Доброй ночи!

– Доброй, – тихо отозвался Гиус и закурил очередную сигарету.

***

Гиус проснулся первым. Вернее проснулся не совсем правильное определение, поскольку он толком и не ложился спать. Всю ночь он просидел на кухне, пил кофе, курил и просто любовался ночным городом из окна. И только когда уже начало светать, он перешел в зал, скинул с себя пиджак и рубашку, сел в кресло и задремал, а через два часа он уже очнулся и пошел в душ.

Контрастная вода сделала свое дело – молодой человек чувствовал себя просто великолепно. Насвистывая тихо какую-то мелодию, он двинулся на кухню, приготовил кофе и бутерброды на двоих и задумался: будить Арсу не хотелось, но кофе мог остыть. «Надо было не торопиться», – мелькнуло в голове, и тут за спиной послышались шаги. Гиус обернулся и увидел Арсу, которая выглядела сонной и растрёпанной и между всем прочим одетую в одну только рубашку. Причем его, Гиуса, рубашку! На недоумевающий взгляд Арса не обратила внимания, набрала стакан воды и медленно выпила, потом взяла с тарелки бутерброд и чашку кофе села на диванчик и принялась медленно жевать. Гиус откашлялся, это возымело свой эффект и девушка наконец обратила на него внимание:

– Доброе утро!

– Не то, чтобы утро, почти полдень, – интонации молодого человека были более чем выразительными. Девушка улыбнулась, на ее щеках появились все те же милые ямочки и Гиус понял, что выволочка не удалась.

Он не может уже злится, – Ты хотя бы оделась.

– Я и оделась. – Арса с трудом говорила, поскольку не прожевала бутерброд. Справившись, наконец, с едой она более внятно сказала, – ты вон тоже только брюки одел.

– Я их и не снимал, – фыркнул Гиус, – к тому же я хотя бы в брюках, а на тебе вообще одна только рубашка! Моя, кстати.

– Классная рубашка, – протянула Арса и утащила второй бутерброд. – Извини, я одела по привычке.