Нет пути домой

Тут же посыпались бессмысленные вопросы «Что теперь делать?» и «Как нам быть?», уверенных ответов на которые дать никто не мог. Предложить что-то путевое сейчас было некому, все были страшно напуганы, поэтому в итоге какое-то время сидели молча, глядя друг на друга, в окна машины или и вовсе закрыв глаза, как я. В головах медленно переваривалось всё увиденное, вытесняя окончательно алкоголь, и по мере протрезвления каждый из нас стал осознавать ужас реальности.

– Всё-таки интересно, сколько сейчас на самом деле времени… – разбил образовавшуюся тишину Кир.

– Мои остановились в пятнадцать минут восьмого, – глянув на часы, сказал Макс.

– И мои, – подтвердил Гор. – Мы здесь уже минут сорок. У кого-нибудь работает телефон? Есть связь?

Все отрицательно покачали головами.

– Давайте уже уедем отсюда хоть куда-нибудь! – не прекращая рыдать, взвыла Марина. Ирка потеряла всякую надежду успокоить подругу, и тоже тихо плакала, отвернувшись к окну.

– Так, объясняю популярно. Тачка не заводится, поэтому уехать мы никуда не можем.

Где мы сейчас – неизвестно. Время – должно быть около полдевятого вечера, но сами видите, – солнце в зените. Наш друг Дмитрий… исчез, – Гор сделал паузу и перевёл взгляд на рыдающую Маринку. – Я повторяю, исчез. Не умер, а пропал без вести. Поэтому давайте все здесь максимально успокоимся и решим, что будем делать дальше. Какие у кого есть предложения?

– А что тут предлагать? – усмехнулся Кир. – Есть, как говорится, два стула. Сидеть здесь и ждать манны небесной, либо пойти искать помощи и быть сбитыми Камазом-призраком.

Всё очевидно.

– Притом, что за всё время мы не встретили ни единой живой души на этой дороге, – сказала Иринка, продолжая неотрывно смотреть в окно.

– Только одну мёртвую, – добавил Кир, но тут же получил подзатыльник от сидящей рядом Маринки:

– Дурак.

Действительно, на тот момент в состоянии сильного эмоционального потрясения мы видели только два выхода. Но сколько ни спорили, найти компромиссное решение не получалось.

Кто-то хотел ждать в машине, кто-то рвался уйти, хотя каждый осознавал, что лучше бы держаться вместе. Если уходить, то идти, по сути, в неизвестность, по обе стороны от дороги густым ковром лежал лес. Сама дорога же по краям также обрывалась зеленой полоской деревьев. Я считал, что целесообразнее всего обойти окрестности и попытаться найти хоть какие-то следы цивилизации. Со мной согласился Макс. Егор пытался убедить нас остаться, но в итоге смирился.