Матрешка богов

Мозесь все трогать!

Молодой человек осмотрелся по сторонам и коснулся рогожного кокона, который кулем валялся на деревянном топчане. Он оказался приятным на ощупь – тепловатым и мягким. Тогда он кончиками пальцев пробежал по щеке, носу и уху и понял, чего ему не хватало все это время. Осязания. Все предметы, которых он касался раньше, казались ему одинаковыми, а теперь они как будто обрели душу.

Хлопнула дверка кабинки, и оттуда вышла, довольно ровно и даже изящно, Ната. Только теперь Люк обратил внимание, что на ней, как и на нем, был мешок из матового пластика с прорезями для рук и головы.

Ната, чуть смущенно улыбнувшись, потянулась к нему, но тут опять вмешался противный китаец.

– Давай, девка, водиски попей, – просипилявил он, и Ната, взяв стакан, вдруг с жадностью опустошила его одним глотком.

– Здраствуй, девка! – опять плевок на ладонь и рукопожатие. – Ну, а теперь попрыгайте вместе, мозете за ручки дерзаться – легсе будит.

Люк и Ната, взявшись за руки, стали послушно прыгать перед необычным доктором.

Он, внимательно разглядывая прыгунов с головы до ног, обошел их кругом.

– Туловисся нигде не змут? – серьезным тоном спросил он и положил легонькую ручку на Люково плечо.

– Чего? – непонятливо переспросил тот.

– Он спрашивает: тела наши нам не жмут нигде? Это у него шутка такая! – вдруг резко, птичьим голосом затараторила Ната и, испуганно посмотрев на Люка, замолчала.

– Умная девка, но пока дура есче! – примирительно сказал китаец и добавил: – Теперь и целуйтесь узе, давно нузно было!

Пикник озабоченных

Люк и Ната жадно целовали друг друга, заглядывая в глаза, в которых все еще клубилось дремучим ужасом воспоминание: спуск, горы, лавина и яркой вспышкой – ослепляющая темнота.

Внезапно Люк отстранился и стал внимательно осматривать лицо любимой.

– А где твоя мушка? – озадаченно спросил он. – Где родинка над губой?

Ната непроизвольно провела указательным пальцем по щеке и непонимающе уставилась на мужа.

Ее тело вдруг содрогнулось, и она рыгнула прямо ему в лицо мощным выхлопом, а затем испуганно прикрыла рот двумя руками.

– Ой, прости, не знаю, у них в туалете зеркала нету, – уже нормальным голосом ответила она, и они оба уставились на китайца.

– Эй ты, чайна-таун, куда мушка делась? – как можно строже проговорил Люк.

– Муска-муска, какой муска? Отчего муска? – Восточный человек суетливо вскочил со скамеечки, которая стояла между топчанами.