Черный рассвет

Что делать? Куда бежать? Где искать брата? Он заметался на месте, когда среди шелеста камыша и завывания ветра уловил новый звук, доносящийся из Наташиной палатки. Шорох и… стон! Не думая больше ни о чем, он рванулся к ее палатке, резко откинул полог и напоролся взглядом на голую спину Хитера, контрастно белеющую в темноте.

Через распахнутый полог внутрь ворвался ночной воздух. Почувствовав холод, Хитер сейчас же обернулся и, увидев перед собой Тимофея, сердито воскликнул:

– Тимми! Какого черта тебе надо?!

Из-за его плеча выглянула Наташа, торопливо прикрыв рукой обнаженную грудь.

А Тимофей все смотрел на них, совершенно не представляя, как объяснить свое внезапное вторжение.

– Я проснулся, тебя нет. А сейчас мое дежурство, – невпопад выдавил он из себя.

– Проснулся, так иди дежурь! – огрызнулся Хитер.

Он зашарил рукой рядом с собой, пытаясь отыскать сброшенный спальник, чтобы прикрыться им, не нашел и разозлился еще больше.

– Ты еще здесь?!

Тимофей попятился назад.

Он чувствовал себя ничуть не лучше застигнутых врасплох любовников. Но и уйти без оружия он тоже не мог.

– Где ружье?

– Тимми! – взревел Хитер. – Почем я знаю, где твое ружье?!

Его лицо покрылось красными пятнами от гнева, но тут подала голос Наташа:

– Ты на нем стоишь.

Тимофей не сразу понял, к кому она обращается, но, как только опустил глаза вниз, сразу увидел лежащее у его ног ружье.

– Извините, – пробормотал он и, подхватив с пола ружье, выскользнул из палатки, откуда по-прежнему неслись возмущенные возгласы Хитера.

Слушать их у Тимофея не было никакого желания, и он поспешил вернуться к потухшему костру. В голове шумело, и даже руки тряслись от обиды и горечи. Причем не столько из-за поступка Хитера, так наплевательски относящегося к его чувствам, и не из-за Наташи, отдавшей предпочтение его старшему брату, сколько из-за собственной бессмысленной, идиотской (по-другому и не скажешь) выходки. Прежде чем врываться в Наташину палатку, надо было понять, что там происходит.

А он вместо этого выставил себя перед ней и Хитером ревнивым идиотом.

Чтобы как-то отвлечься от одолевающих его мрачных мыслей, Тимофей принялся заново разводить костер. Спички ломались одна за другой, а те, которые все-таки загорались, тут же задувал гуляющий над рекой ветер. Но в конце концов Тимофею все-таки удалось поджечь березовую кору, от которой, в свою очередь, загорелись мелкие щепки, а от них уже и настоящие поленья.