Два шага до катастрофы

Она пересекла первый ряд машин и поспешила к остановившемуся на краю автостоянки «Мерседесу» с тонированными стеклами. Как только она поравнялась с машиной, у «Мерседеса» распахнулась правая передняя дверь. Егоров решил, что женщина сейчас нырнет в салон, и уже приготовил рацию, чтобы отдать приказ о блокировании «Мерседеса», но она этого не сделала. Передав свою сумку в руки сидящему на переднем сиденье пассажиру, она тотчас же вернулась на тротуар и быстро зашагала в противоположную сторону.

– Третий, Четвертый, за блондинкой! Группа захвата, блокировать машину! Девятый, блокировать «Мерседес»! – выкрикнул в микрофон Егоров.

– Понял, выполняю! – отозвалась рация голосом Ватутина.

«Мерседес» с сумкой женщины-курьера стремительно рванул с места и наверняка бы затерялся в автомобильном потоке, но в конце квартала ему внезапно перегородила путь выехавшая из переулка «Газель». В последний момент водителю «Мерседеса» все-таки удалось затормозить. Отчаянно скрипя тормозными колодками, «мерс» остановился в метре от борта «Газели».

В ту же секунду распахнулись задние двери фургона, и выпрыгнувшие оттуда десять крепких мужчин в черных десантно-штурмовых комбинезонах, касках-сферах и бронежилетах мгновенно окружили затормозивший автомобиль, направив на него стволы своих специальных автоматов. Четверо автоматчиков разом распахнули все двери окруженной машины и, выдернув из салона водителя и единственного пассажира, довольно грубо швырнули их лицами на капот. Пока бойцы обыскивали захваченных курьеров, Ватутин сам заглянул в салон раскорячившегося всеми четырьмя дверями «Мерседеса» и достал оттуда переданную женщиной сумку. Подняв сумку над головой, он обернулся к оперативной «Волге» руководителя операции и призывно помахал Егорову рукой.

Увидев выразительный жест командира группы захвата, Егоров приказал водителю проехать вперед и, как только «Волга» остановилась возле задержанного «Мерседеса», выпрыгнул из машины. С довольной улыбкой Ватутин протянул ему сумку.

– Поздравляю с уловом, Андрей Геннадьевич!

Егоров взял сумку из рук командира альфовцев – для набитой деньгами она оказалась подозрительно легкой, и нетерпеливо расстегнул замок.

Ватутин, заглянувший в сумку одновременно с ним, недоуменно присвистнул.

– А где же деньги?

Внутри лежали комки мятой бумаги и больше ничего: ни перехваченных контрольной лентой пачек стодолларовых купюр, ни отдельных банкнот – одна смятая оберточная бумага, придающая сумке пухлую форму.