Метро 2033: Пифия-2. В грязи и крови

Увидев приближающуюся напарницу, он отошел от местных пограничников, с которыми точил лясы, и с недовольной миной шагнул ей навстречу.

– Опаздываешь. Договаривались же сразу после завтрака.

Та не ответила на замечание, а просто спросила:

– Все взял?

– А то. – Болтун кивнул на стоящий на полу туго набитый вещевой мешок и поставленный рядом автомат Калашникова.

Сталкер отработанным движением забросил рюкзак за спину и повесил автомат на плечо, стволом вниз. Гончей было интересно, как Болтун собирается объяснить пограничникам свой уход со станции, но все оказалось до смешного просто.

– Почтальоншу на «преображенку» провожу и вернусь, – объявил он и, чтобы окончательно прояснить все вопросы, похлопал спутницу по упругому заду.

Под дружный хохот караульных «смутившаяся почтальонша» и ее провожатый спустились с платформы и вскоре скрылись в темноте туннеля.

С того момента, как Гончая появилась на Черкизовской, прошло немногим более двух суток. За это время перегон, связывающий станцию с Преображенской площадью, ничуть не изменился: те же скользкие шпалы, та же висящая в воздухе морось, в которой тонул луч фонаря, и тот же запах – удушливый, обволакивающий запах даже не гнили, а вообще непонятно чего.

– Чем у вас так воняет? – не вытерпела Гончая. С ее стороны это была ошибка, прокол!

– А у вас на «преображенке» не воняет, что ли? – спросил Болтун.

– Да мы как-то привыкли, – поспешила исправиться Гончая.

– Вот и мы привыкли, – последовал незамедлительный ответ.

Девушка несколько раз прокрутила в голове услышанную фразу, но не обнаружила в голосе спутника ни настороженности, ни тревоги. Значит, он не догадался, что она оказалась в этом перегоне второй раз в жизни, а на Преображенской площади и вовсе никогда не была.

Какое-то время шагали молча, но Болтун, видимо, не мог долго молчать.

– Через вентиляху наверх полезем? – спросил он. – Я вообще-то ни разу через шахту наверх не поднимался, – признался парень. – А ты?

– Нет, – соврала Гончая.

 – По мосту между «преображенкой» и Сокольниками пару раз проходила. Но там ничего сложного. Веншахта – это же обычный колодец. В стене – металлические скобы, поднимаешься по ним, как по лестнице.

– Высоко? – не унимался Болтун.

– Мой сказал: метров десять-пятнадцать.

Гончая сама, своими руками и ногами пересчитала все скобы, когда спускалась с поверхности в туннель, и могла точно сказать, что глубина вентиляционной шахты не превышает десяти метров.