Почерк диверсанта

Но не думаю, что после всего случившегося я смогу вернуться на метеостанцию. Как представлю тот стол, на котором умирала Ира, жить не хочется, – тяжело вздохнув, ответил Светлов.

Павел Чернышов знал, Ира Скворцова, замученная террористами, была той девушкой, которая нравилась Светлову. Чернышов понял, что своим вопросом опять причинил Евгению боль. Но он не мог прекратить начатый разговор. Не мог, потому что, если баллон с отравляющим газом не найти, пятигорская трагедия может повториться вновь.

– А я ведь так и не попрощался с Ирой, – задумчиво сказал Евгений.

 – В воскресенье прилетела мать Иры и увезла гроб с ее телом домой. Теперь я даже не знаю, где ее могила. Почему жизнь устроена так, что мы теряем близких людей? Почему, я вас спрашиваю!

Чернышов ничего не ответил. Да и что он мог сказать, если вопрос не имел ответа?

– Послушайте, Евгений, у вас есть кофе? – неожиданно спросил Чернышов.

– Есть, – недоуменно ответил Светлов.

– Налейте, пожалуйста, если вам не трудно.

Светлов достал из ящика стола банку растворимого кофе.

Чернышов тут же начал ему помогать. Кроме банки кофе, на столе появились две чашки, сахар в полиэтиленовом мешке и пакет с печеньем.

– Кипятильник у вас найдется? – спросил Чернышов.

– Я чайником пользуюсь, электрическим, – ответил Евгений.

– Отлично, – кивнул головой Чернышов.

Павел Чернышов старался отвлечь Евгения от мрачных мыслей. Он считал, что человек не должен постоянно предаваться мрачным воспоминаниям.

– Знаете, Евгений, то, что случилось, уже нельзя изменить, – сказал Чернышов Светлову, когда они выпили по чашке кофе.

 – Да, произошло страшное, чудовищное несчастье. Вы потеряли любимую девушку. Но жизнь продолжается. Я уверен, вы еще встретите другую девушку и полюбите ее. И это не будет предательством по отношению к Ире, потому что любовь всегда побеждает горе. Вы правы, Евгений, жизнь действительно устроена так, что мы теряем близких людей. Но мы и приобретаем новых.

Евгений ничего не сказал Чернышову. Но тот и не торопил с ответом.

Чернышов знал, что пройдет еще много времени, прежде чем Светлов окончательно все поймет и согласится с ним. Но тот, похоже, и так понимал справедливость слов Чернышова.

– Я понимаю, Павел Андреевич, вы пришли не для того, чтобы утешать меня, – Светлов встал из-за стола и начал убирать грязную посуду. – Спрашивайте, что вас интересует. Я постараюсь вам помочь.

– Евгений, террористы страшны не только тем, что убивают. Они калечат человеческие души.