В плену воображения

Так что, если она не собирается признаться ему в любви, им вряд ли удасться достигнуть консенсуса.

– Здгавствуйте, – вовремя вмешался её картавый муж, – это я вам звонил сефодня днём. Пгоходите в дом.

– Спасибо, – поблагодарил его Валериан.

– Меня совут Жегаг, – представился он, – а это моя супгуга Стефания. Она не снает местного ясыка.

– Это я уже понял.

Она схватила его холодную руку и снова принялась взахлёб рыдать. По всей вероятности её обращение к нему, несло прошенческий характер.

И не трудно было догадаться, о прошении какого рода, шла речь в её непонятных, отчуждённых разуму словах.

Жерар снова тактично избавил Валериана от необходимости как то реагировать на её мольбы, что-то прошептав ей на ухо. Она смолкла. Но не отводила от него своих заплаканных глаз ни на секунду. Её поведение было вполне объяснимым и оправданным случившимся горем, но она невольно напоминала сыщику послушную собаку, что жалостливо просит корма.

В доме царил беспорядок.

Было похоже, что все перерыли в поисках чего-то, или скорей кого-то. Видимо Луи проделывал с ними нечто подобное и ранее – прятки наверняка были одним из его излюбленных занятий. Поэтому и в этот раз Жерар и Стефания обыскали все его тайники, решив, что это очередная детская забава.

– Пгостите за беспогядок. Мы надеялись, что Луи пгячется дома. Мы часто так иггали, – подтвердил его теорию глава семейства.

– Я догадался. Вы точно везде проверили?

– Увегяю вас.

Дома его нет.

Стефания снова заговорила на непонятном языке. Муж сразу же перебил её, с чем-то не согласившись, что было заметно по его повышенной интонации.

– Что сказала ваша жена? – угрюмо спросил Валериан массируя пальцем у виска. Очередной приступ мигрени.

– Она, – он запнулся, – она говогит, его похитил этот ваш монстг. Но я увеген, он ского найдётся. Вы ведь найдёте его детектив?

– Я сделаю все, что в моих силах, – он ненавидел эту заезженную фразу, означающую лишь собственную беспомощность и непригодность.

Но как он мог, что либо им обещать? Как ему смотреть им в глаза после этого? Ведь он и сам был склонения к трагической версии матери почти на девяносто процентов. Боль в виске усиливалась, – скажите, он может быть у друзей, знакомых или родственников?

– Исключено! У нас в этом гогоде ещё не каких связей. Все наши годственники остались во Фганции, – уверенно отрицал Жерар.