Профи из «Вымпела»

Но для проведения диверсий нужна взрывчатка, много взрывчатки, доставать которую становится все труднее, а сделанные ранее запасы практически истрачены. Но сейчас, когда ты снова с нами, у нас не будет с этим проблем. – Видя, что Гамадов не спешит с ответом, Басаев с надеждой спросил: – Ведь ты поможешь нам изготовить взрывчатку? В конце концов, это просто твой долг как моджахеда и настоящего чеченца.

– Долг?! – внезапно резко воскликнул Гамадов. – А кто вспоминал о долге, когда я три года гнил на русской зоне?! Кто-нибудь из моджахедов и настоящих чеченцев хотя бы попытался вытащить меня оттуда?! Вы даже не представляете, что значит три года просидеть бок о бок с погаными зэками, которые еще хуже свиней! Запомни: я никому и ничего не должен! Наоборот, это вы должны мне, потому что это я провел три года в аду! – Гамадов с силой ударил себя кулаком в грудь.

 – Я, а не вы! Да, я хочу и буду убивать русских, рвать их на куски, но не потому, что так велит мне какой-то абстрактный долг, а потому что я их ненавижу! За каждый год, за каждый день моих мучений они заплатят мне десятками, нет, сотнями своих жизней!

Басаев торжествующе улыбнулся.

Он даже решил молча снести нанесенное Гамадовым оскорбление, так как понял, что его лучший взрывник жаждет мести. А месть самозваный лидер чеченских боевиков всегда считал самым сильным движущим мотивом. Но его торжество оказалось преждевременным.

Гамадов внезапно ударил ногой по основанию сооруженного у стены стеллажа и гневно выкрикнул ему в лицо:

– Ты просишь меня изготовить взрывчатку! Где?! В этом сарае?! Для производства взрывчатки нужна как минимум химическая лаборатория, исходное сырье, реактивы! Где все это?! Ты живешь, кочуя по вырытым в земле блиндажам и старым халупам, и хочешь, чтобы я, таскаясь за тобой, производил взрывчатку.

Твоя идея настолько наивна, что я даже не берусь ее комментировать.

Басаев озадаченно раскрыл рот. До встречи с Гамадовым он считал, что с возвращением взрывника поставки взрывчатки в его отряды возобновятся в прежнем объеме.

А оказалось, что проблема намного сложнее и один химик-взрывник без соответствующего оборудования и сырья решить ее не в состоянии. Но Гамадов уже сам взялся за решение возникшей проблемы и, усевшись верхом на стул, деловито спросил:

– Мои перегонные мини-заводы еще действуют?

– Ты спрашиваешь про те цистерны, в которых перегоняется нефть? – уточнил Басаев.

– Да, черт возьми!

– Действуют.