Разрешение на штурм

Она выставила на кухонный стол две одинаковые чашки из столового сервиза (Егоров тут же представил, как из этих чашек пила чай вся семья, когда собиралась за общим столом), сахарницу, вазочку с домашним вареньем и вазу побольше с овсяным печеньем, затем взяла в руки заварочный чайник:

– Вам покрепче или послабее?

– Покрепче, – ответил Егоров.

Ирина наполовину наполнила его чашку заваркой, себе плеснула только на донышко и долила обе чашки кипятком, потом грустно усмехнулась:

– Мама заваривала замечательный чай, а я так и не научилась.

– Что вы, Ирина, отличный чай, – солгал Егоров, отпив глоток.

В действительности чай оказался совершенно невкусным, да еще к тому же холодным – чайная заварка была сделана раньше и уже успела остыть. Но его неумелый комплимент оказался как нельзя кстати.

– Не лгите, – ответила Ирина и... улыбнулась. Всего на секунду, на одно мгновение, но улыбнулась! – Вот берите лучше варенье. С ним вкуснее.

Егоров послушно положил в чашку три ложки вишневого варенья и снова попробовал – с вареньем чай действительно оказался вкуснее.

– Вы правы. Так гораздо лучше.

Чтобы не обидеть хозяйку, он съел печенье, допил весь чай до дна и съел оставшиеся в чашке ягоды.

– Налить еще? – тут же с готовностью предложила Ирина.

– Спасибо. Может быть, чуть позже.

Егоров понял, что она боится предстоящего разговора, боится узнать правду о гибели своей семьи и старается всячески оттянуть этот момент.

Но победить мечущийся в глазах девушки страх можно было только одним способом – открыть наконец ей правду. И Егоров решительно взял в руки принесенную с собой папку.

– Ирина Константиновна, – он сознательно вернулся к обращению по имени-отчеству, чтобы девушка внутренне собралась и приготовилась к этому тяжелому, но необходимому для нее разговору.

– Да, – Ирина опустилась напротив него на табурет.

– Вот разрешение на захоронение.

Вот другие необходимые документы, – Егоров вынул из папки несколько листов и передал их Ирине, а последний положил на стол перед собой. – А вот заключение патологоанатомической экспертизы. – Он взглянул в лицо сидящей напротив него девушки. Ирина побледнела, но не отводила от него глаз. – Ваша семья погибла не в результате автокатастрофы. Ваших родных убили и только после этого инсценировали автомобильную аварию.