Сверхсекретный объект

Никакими административными мерами повлиять на строптивого конгрессмена не удалось, и тогда Джобс предложил директору ЦРУ план физического устранения Кларка. Согласно этому плану убить конгрессмена должен был сбежавший из колонии преступник – закоренелый убийца, осужденный к пожизненному сроку заключения. Подобрать среди отбывающих наказание заключенных подходящего исполнителя Джобс поручил начальнику отдела специальных операций – полковнику Греймсу. Тот просмотрел личные дела нескольких десятков заключенных и в итоге остановился на российском гражданине, осужденном пожизненно за совершенное в Лос-Анджелесе убийство пяти человек, Степане Осокине.

Молчание затянулось. Исчерпав весь арсенал своих доводов, полковник Греймс продолжал вопросительно смотреть на Джобса, а тот продолжал молчать. Наконец Джобс высказал свое окончательное мнение. К удовлетворению Греймса, оно в корне отличалось от первоначального.

– Хорошо. Если вы так настаиваете, чтобы разведгруппой командовал ваш протеже, я не стану возражать.

По непроницаемому лицу первого заместителя директора ЦРУ невозможно было понять, о чем он думает. Но именно упоминание об «Атлантической регате» оказалось решающим аргументом в пользу принятого Джобсом решения.

Отель «Мэриот», Вашингтон

10.05, пятница, 10.05

– Прочитал? – Полковник Греймс указал рукой на две пластиковые папки с материалами личных дел, небрежно брошенные на журнальный столик.

– Да, – ответил Стен. Он не прекращал качать пресс, зацепившись ногами за нижний край гостиничной кровати.

Когда две минуты назад Греймс зашел в гостиничный номер, в который накануне поселил своего агента, то застал Стена за этим занятием. И все время, пока Греймс наблюдал за ним, тот продолжал ритмично сгибать и разгибать туловище, наклоняясь к своим ногам и снова опускаясь спиной на пол. Кожу атлета на плечах, груди и на животе покрывали крупные капли пота, но его дыхание и голос остались ровными, словно он совсем не воспринимал получаемую нагрузку.

– Сколько раз ты уже сделал? – поинтересовался Греймс.

Не отвечая на вопрос, Стен выполнил еще несколько наклонов, потом резко встал на ноги и, выдохнув скопившийся в легких воздух, произнес:

– Это был двухсотый.

– Браво. – Греймс невольно заулыбался. – За один подход мне не сделать больше пятидесяти.