Ты – в игре! и другие ужасные истории

 – Дылда!

– Кикимора болотная!

– Да чего вы! – рассердился Хохряков. – Уймитесь немедля!

– Ой, папенька, посмотри, какие у нее ногти!

– Я еще на ногти ее не смотрел! Делать мне больше нечего!

– Ну посмотри, посмотри, папенька! – Настена схватила руку Риты и поднесла ее к глазам Хохрякова. Рита пыталась выдернуть руку, но тут уже сам Хохряков со словами: «Че ты дергаешься? Че дергаешься?» схватил ее за пальцы и впился глазами в нарисованные на ногтях цветочки и малюсенькие сердечки, припаянные к крошечным серебряным цепочкам.

– Тьфу! – отбрасывая в сторону руку Риты, воскликнул он. – Еще и сердце на каждый ноготь прицепила! От безделья все!

– Писк моды! – сказала Рита.

– Папенька, красиво, да? Я тоже так хочу! – не унималась Настена.

– Ох, устал я от вас, – сказал Хохряков. – Сил нет совсем. И вообще поздно уже, спать пора.

– Ой, папенька, а мне интересно! Давайте еще поговорим!

– Поздно, Настюша. Мне вставать рано. Я думаю вот что. Скорей всего, не упыри это.

А кто на самом деле – понять не могу. И ведь они, черти, не говорят ничего! Что с ними делать – не разберусь! Не выгонишь же их в ночь в такую погоду! Не по-людски это. Как думаешь, Настена?

– Не знаю папенька… Я бы выгнала. На что нам они?

– А я не могу. Ладно, пусть до завтра здесь побудут, по хозяйству Дуняшке помогут.

– Ой, можно подумать, что они что-то умеют! – подала голос Дуняшка.

– Вечером определюсь, что с ними делать, – продолжал Митрофан Ильич. – Может, сдам приставам, да и дело с концом.

Слышь, парень, звать-то тебя как?

– Никитос. Ой, то есть. Никитой.

– А цаца эта, – Хохряков показал взглядом на Риту, – кто тебе будет?

Никита хотел сказать, что одноклассница, но подумал и ответил:

– Сестра. Рита.

– Хм… Совсем не похожи. Ты-то хоть нормальный, а эта – длинная, как жердь… Ну да ладно. Буквы-то хоть знаете?

– Знаем! – теперь уже враз ответили Никита и Рита.

Хохряков с сомнением покачал головой.

– А вот мы сейчас проверим! Дунька, принеси-ка газету.

Ну, последнюю, которую вчера из города привезли!

Хохряков развернул перед Никитой первую страницу.

– Читай! – приказал он. – Можно и по слогам.

От Никиты не укрылся презрительно-высокомерный взгляд Настены.

– Зачем по слогам? Я и так могу!

Хохряков недоверчиво взглянул на него. Потом сказал:

– Ну так давай! Читай, что за газета, когда издана! Вот тебе последний номер, сам еще не открывал.