Мать и мама

– Вот и сейчас привезли ещё одну старческую ненужность, которая запоёт мне песню о счастливой семье и заботливых детях, которые от бесконечности своей любви к мамаше решили спрятать её в этот особнячок, покрывая оплатой за содержание свой стыд перед родителями! Старик – это дорогая вещь, которая дорога теперь, только как память! Она отслужила своё, сделала своё дело, а теперь в кладовку, на чердак! – размышляла Элеонора Арсентьевна, улыбаясь солнцу с закрытыми глазами.

– Ладно, пойду послушаю, ещё одну басню, – сказала вслух Элеонора Арсентьевна и тихим неспешащим шагом пошла к себе.

Когда она вошла в свою комнату, первым делом осмотрела перестановку. Кресло, в котором Элеонора Арсентьевна любила читать перед окном, вместе с тумбочкой перенесли к противоположной стене, где стоял обеденный стол, и вместо этого поставили кровать для новосёла. Это не понравилось хозяйке комнаты. Во-первых, место у обеденного стола не подходило для чтения, так как этот угол был темным даже в дневное время, а при искусственном свете, Элеонора Арсентьевна не любила читать, а во-вторых, их кровати теперь стояли, что называется «голова к голове».

Между кроватями оставалось расстояние не менее метра, но этого, казалось, недостаточно и храп подселенки обещал быть слышен.

Элеонора Арсентьевна тяжёлым оценивающим взглядом оглядела соседку, словно, провинившегося ученика.

– Здравствуйте, Элеонора Арсентьевна! Уж простите, что я как снег на голову вам свалилась. Ничего не могу поделать, определили, как есть, – гостья развела руками.

– Ничего. Потеснимся, – Элеонора Арсентьевна встала спиной к гостье и начала раздеваться, – я с прогулки, переоденусь. Вас как зовут?

– Забыла представиться, Марина Ивановна я! Можете Мариной называть, как вам удобнее будет.

– А вы меня можете называть Алей. Но только, когда мы наедине. При посторонних нельзя! – предупредила Элеонора Арсентьевна, – так меня родители называли. Это уже потом, для важности выбрала такое имя, как теперь говорят для имиджа.

Ну, каким ветром вас сюда? – Элеонора Арсентьевна задала главный вопрос, который только из вежливости не спросила в первую очередь.

– Сын у меня в загранпоездке, второй год уже. Приезжает раз в полгода на неделю домой. К осени должен контракт закончиться, вернётся совсем. Он у меня инженер, на атомных станциях работает. Вот сейчас закончат проект и вернется.

– Ну? А тут как оказались?

– Давление скачет.