Калейдоскоп

Нравилась Ирине и легкая приятная прохлада, создаваемая интерфейсом, ни на градус меньше, чем нужно и ни на градус выше, даже при открытых окнах или в изредка включаемую для разнообразия жару. Нравились с нуля воссозданные в Творцах книги на полках, обложки для которых они выбирали сами, огромный экран на стене импровизированного домашнего кинозала, на котором они по вечерам смотрели старые доисходные фильмы или рубились в игры.

Местный кинематограф, ввиду слишком явных культурных различий, оказался интересен исключительно в исследовательских целях, и тут ситуацию спасла дотошность и запасливость Андрея, бережно хранившего сотни любимых фильмов, игр и книг на твердотельных накопителях.

А ведь она когда-то, уже ужасно давно, в другой жизни, ругалась на мужа за то, что тот забил ими почти все свободное место на компьютере. Хотя, была в этом и ее лепта. Два терабайта музыки удалось спасти исключительно усилиями Ирины. Правда, теперь все жители Поселка стали жертвами их вкусовых предпочтений, ну и еще нескольких человек, которые умудрились сохранить во время Исхода чудом прихваченные с собой плееры, телефоны и флешки.

Кроме Андрея целенаправленно озаботился подобным только Даниль, так что Ирина почти не удивлялась, что эти двое в итоге нашли друг друга и стали напарниками и друзьями. Или, если точнее, подельниками, потому что многие действия Андрея по отношению к Данилю никак не походили на дружеские. Впрочем, в их общение Ирина старалась не вмешиваться, в нем царила своя атмосфера.

Помимо груды фильмов, электронных книг и музыки, Даниль умудрился притащить с собой заблаговременно скачанную оффлайновую версию самой объемной онлайн-энциклопедии и других сайтов на любые темы и кучу технической и учебной литературы, так что, еще непонятно, чья паранойя оказалась сильнее: его или все ж таки Андрея.

Впрочем, этому даже нашлось объяснение, хотя Ирина до сих пор не могла решить, хотела ли она о нем знать или нет.

Как-то за ужином у них в гостях, после четвертой стопки местного аналога виски, Даниль разболтался больше обычного и обмолвился, что на самом деле подсознательно ждал чего-то подобного и готовился к этому, причем достаточно педантично.

Возможно, даже желал. Андрей не поддержал тогда разговор и отмолчался, но Ирине слова Даниля показались уж слишком мрачными и даже несколько пугающими.

Говорить на эту тему в тот вечер они больше не стали, беседа плавно утекла куда-то в сторону, а потом не подвернулось случая, да и желания поднять ее снова.