Калейдоскоп

Откуда здесь взяться кому-то еще, говорящему на языке, который не распознал интерфейс Центра? Они сейчас в подвале, в боксе. Дождемся результатов, узнаем больше. Мы все подчистили, не переживай.

– Я переживаю не за это, а за тебя. Почему не отправил сообщение?

– А так было бы проще?

– Знаешь, да! Тогда я хотя бы не строила тут теории из-за того, что опознала ваш гребаный грузовик, – Ирина всплеснула руками и со стуком поставила пустой стакан на стол, ощутив физическую потребность в резком выплеске накопившихся эмоций.

 – Понимаешь вообще, каких нервов мне стоило успокоиться и просто ждать, пока ты позвонишь или напишешь? Изволь, пожалуйста, не держать меня за наивную дуру, от которой можно походя отвязаться лживым сообщением, учитывая, что я знаю о ваших делах. О НАШИХ делах, черт подери!

Она давно не повышала на него голос, и даже сама удивилась тому, что это произошло, моментально ощутив себя не в своей тарелке, но что сделано, то сделано. Андрей сам виноват, что довел ее до такого состояния, и извиняться она не собиралась.

– Прости.

– Не нужны мне твои извинения! Знаешь, когда извиняются? Когда могли сделать правильно, но не сделали. Этого очень легко избежать, если так не поступать.

На лице у Андрея ходили желваки. Смотрел он даже не на нее, а в стол перед собой, и больших усилий ему стоило поднять глаза на жену.

– Я облажался, слишком расслабился. Задергался, подумал, что тебя это тоже выбьет из колеи, хотел отсрочить новости. Потом понял, что это глупо, но раз уж начал, решил закончить как есть.

Если честно, надеялся, что ты догадаешься, прежде чем я сам признаюсь. Но я бы все рассказал, ты же знаешь.

– Ага, вот уж точно, ты облажался. Андрей, пойми, я не наорать на тебя хочу, – Ирина встала, обогнула стол и подошла к мужу, обняв его за голову и прижав к своему животу. Она видела, что он действительно раскаивается. Скрывать свои эмоции от нее у Андрея никогда особо не получалось, и сейчас, видя его растерянность и сожаление, в Ирине поднялось чувство жалости к мужу и стыда за свою резкую реакцию.

 – Слушай, ты не один, пойми. Я с тобой. И если уж ты решил поделиться со мной своим грузом, будь готов, что я не собираюсь оставаться в стороне. Я не хочу гадать и додумывать. Говори со мной, ладно? Я не сахарная, не растаю.

Андрей зарылся лицом в ее живот, и обнял одной рукой за талию. Так они и застыли на несколько секунд, пока он не отстранился, глядя на Ирину снизу вверх.

– Спасибо.