Вариант «Альфа»

Более высокая посадка Набиева, а также высокая спинка его кресла, по замыслу дизайнеров, должны были подчеркивать преимущественное положение хозяина кабинета по отношению ко всем остальным. Сидящий на низком диванчике Горелов просто физически ощутил это. Горелов понял, что перед ним сидит сильный, властный, безусловно, очень богатый и могущественный человек. Единственное, чего не мог допустить Горелов, что этого человека волнуют проблемы экологической безопасности, связанные с утилизацией химического оружия.

– Мне сообщили, что у вас есть некая информация, которую вы готовы продать, – начал разговор Набиев. – Я готов рассмотреть ваше предложение, но сначала должен знать, что это за информация.

– Мне известно, как хранится химическое оружие в одной из воинских частей и в каком оно состоянии, – сообщил Горелов.

– И сколько вы хотите за эту информацию? – поинтересовался Набиев.

– Сто тысяч! – неожиданно для себя заявил Горелов. И спустя секунду добавил: – Долларов.

Набиев удовлетворенно кивнул:

– Сто тысяч долларов – большая сумма. За эти деньги вы должны сообщить мне действительно нечто важное.

– Я готов сообщить все, что мне известно. Но сначала я хочу увидеть деньги.

Хозяин кабинета снова кивнул. Он выдвинул ящик стола и выложил на его поверхность десять одинаковых пачек стодолларовых купюр.

– В каждой пачке ровно по десять тысяч, – сообщил Набиев. – А теперь я хочу послушать вас.

Легкость, с которой Набиев выложил на стол сто тысяч долларов, убедила Горелова, что эти деньги достанутся ему.

Переводя взгляд с долларов на лицо Набиева и обратно, Горелов начал говорить:

– Воинская часть 56180 – воинский склад химических боеприпасов. Там хранятся боеприпасы – от артиллерийских снарядов до головных частей ракет.

– Оставим боеприпасы, – остановил его Набиев. – Расскажите лучше про емкость временного хранения газа «VX».

И Максим Горелов рассказал о сорокалитровом баллоне с газом «VX», о мерах безопасности при обращении с ним, о месте его хранения и о системе охраны.

Он уже преступил черту закона, когда рассказал Пашаеву о своей поездке в Удмуртию. Сделать это второй раз оказалось гораздо легче, несмотря на то что Горелов на этот раз понимал, что нарушает закон.

Набиев подробно расспросил Горелова о его последней командировке. Горелов отвечал взволнованно, но обстоятельно. Он не осмелился возражать или что-то утаивать от Набиева.