Рыцарь страха и упрека

 – Мы часто виделись, общались, но много ли я узнаю за тремя кружками пива? Сейчас я понимаю, что мы обсуждали в основном только то, о чем Павел сам хотел поговорить. Если тема была ему неприятна, он не особенно распространялся. Поэтому я не имею понятия, что знаю о нем, а чего нет. А сейчас я вообще впотьмах. Павла убили, но ни Соня, ни Дашка, ни Котик – никто не позвонил, не сказал ни слова. Я знаю, что Соня с Пашей плохо расстались, но ведь Павла больше нет, а они даже соболезнования не выразили. Теперь ты говоришь, что я тебя могу подозревать… Но в чем? Почему? Какие у тебя причины? Гаянэ, помоги мне! Я как в темном подвале, я ничего не вижу и не понимаю!

Гаянэ села напротив Антона, подперла голову руками, внимательно посмотрела ему в глаза.

– Да, наверное, ты не врешь, – она понимающе кивнула. – Может быть, все так и есть. В принципе это на него было похоже: если похвастаться нечем, вполне мог и смолчать.

Она встала со стула, и от Антона не укрылась тяжесть в ее движении и то, что она оперлась рукой о стол.

Гаянэ подошла к кухонному буфету, открыла его. Полки были пусты, только на одной из них одиноко возвышалась бутылка ирландского виски, которая стояла почему-то здесь, а не в холодильнике. И только тут Антон заметил, что холодильника-то в кухне нет.

– Квартиру продаю вместе с кухней, – как бы объясняя, сообщила Гаянэ, доставая бутылку. – Она же почти новая, натуральное дерево. Сейчас такие гарнитуры сильно подорожали. Покупатели очень хотели вместе с кухней. А что – удобно, ничего не надо монтировать, да и у меня все в идеальном состоянии.

– Ты продаешь квартиру? – не веря своим ушам, спросил Антон.

– Как видишь, – подтвердила хозяйка. – Другого выхода нет, еще одна долговая процедура, и я чокнусь. Это крупные бизнесмены с большими штатами легко живут на кредитах, а мне все приходится делать самой. У меня уже от этих хождений по кабинетам такое состояние, что я в психушку скоро, наверное, попаду. Не хочу больше ни кредитов, ни долгов, ничего. Как-нибудь перекантуюсь, переживу, пока все налажу заново.

Если налажу, конечно.

Гаянэ, которая, насколько помнил Антон, никогда не употребляла спиртных напитков днем, да еще и без особого повода, поставила на кухонную стойку бутылку виски и раскрыла коробочку немецкого печенья.

– Это из-за пожара, да? – предположил Антон.

– Это из-за твоего брата, – ответила женщина.

Антон прекрасно помнил то солнечное весеннее воскресенье, когда они все вместе праздновали Пашин день рождения.