Рыцарь страха и упрека

– Я так понял, что Нос в Госдуме окопался? – спросил он как раз о том человеке, из-за которого в свое время сбежал в Европу.

– Да уж, – подтвердил Павел. – Валерий Носов – депутат. У него значок не снимается, уж какой созыв кряду сидит. Карьеру сделал – дай бог каждому. У нас тут редко бывает. А ты давно в городе? Надолго?

– Уже полгода как приехал, – ответил Марк, отправляя в рот большой кусок телячьей отбивной.

– Да ты что? – удивился Павел. – А о тебе ничего не слышно, никто не говорил, что ты вернулся.

– Да не знаю пока, – пожал плечами Ковалевский. – Что-то скучно стало в Чехии. Я же там женился, хорошую такую девушку встретил, молоденькую, знаешь, чистая такая славяночка, с русой косой, глазки голубые, ямочки на щеках. Загляденье! И прожили мы с ней не так уж мало, а тут недавно я залез к ней в ноутбук… Мамочки мои!

Марк чуть не подавился маринованным огурчиком, откашлялся и продолжал:

– Пятерых любовников имела одновременно, шалава, – сказал он, будто сообщал что-то веселое, к нему вовсе не относящееся.

Марк откинулся на спинку стула, налил еще по рюмке.

– Вот я и подумал, что чуток развеяться мне надо, – продолжил он. – А тут дело предложили. Так что я пока раздумываю. Надоела мне что-то Чехия, в Германию съездил осмотреться: у бюргеров вообще скукотища. Может, здесь поработать, деньжат прибить, да рвануть куда-нибудь в экзотику, под солнышко: в Малайзию, например.

– Э, да ты опять за свое! – протянул Павел. – Решил вспомнить старое? Тряхнуть стариной, так сказать, погреметь затекшими конечностями?

– Нет, Паш, – прервал его Марк. – Я теперь дядя приличный, людей не обуваю, мозги стали ленивые. А для успеха в моем прежнем деле главное что?

– Вовремя платить ментам бабки, – засмеялся Павел.

– Ну и не без этого, конечно, но главное все-таки – это кураж, живость ума. А я там зажирел на чешских харчах, спокойная жизнь, знаешь ли, куража лишает напрочь.

– И чем же ты займешься? – задал Павел дежурный вопрос.

– Заведение хочу одно открыть, загородное, турбазу для взрослых, – пошутил Марк.

Слова Марка Ковалевского почему-то задели Павла за живое. Вот перед ним сидит мужик: умный, изворотливый, многое понимающий о жизни. И он может совершенно спокойно сказать, что он подумывает открыть что-то свое. А он, Павел? Он ведь тоже неглуп, и опыта жизненного имеет не меньше.