Краш-синдром

Значит, некому и получать доступ к боксу.

Я сфокусировал на коробке взгляд, удержал его – коробка выпрыгнула за пределы экрана, заставляя его исчезнуть и приземляясь точно на землю. Тут же увеличившись в размерах и изменив форму, коробка превратилась в таинственного человека, одетого во все черное.

– Здорово, Чертанович, – поприветствовал я.

– Привет и тебе, Лимитчик, – вкрадчиво улыбнулся торговец. – Ты изменился со времени нашей последней встречи.

– А уж ты как изменился, – усмехнулся я. – Помнится, тебя со спины клинком проткнули.

– Здоров, молитвами урбанистов. – Чертанович поклонился до земли так, что с него едва не слетела шляпа. Интересно, почему он меня помнит? Его же должны были обнулить вместе с остальной игрой. Или же НПС, относящиеся к разделу услуг, избегают этой участи?

– Я на тебя обижен, Лимитчик, – театрально выпятил нижнюю губу Чертанович. – Ты несколько раз меня вызывал, но ничего не купил, кроме чудесного гаджета при первой встрече.

– Да, гаджет оказался будь здоров, – похвалил я.

– Предоставить тебе ассортимент? – блеснули из-под черной шляпы задорные глаза.

– Думаю, ты способен принять мой заказ на словах, – ответил я. – Мне нужна кобура к пистолету.

– Какому пистолету? – уточнил торговец.

– Вот какому.

Я достал из кармана Опус.

Чертанович окаменел.

– Не может быть, – прошептал он. – Никому еще не удавалось получить такое оружие!

– А я вот смог.

– Можно мне?.. – Чертанович протянул руку. – Пожалуйста. Я верну.

Я отдал ему Опус. Торговец принялся рассматривать пистолет с восхищением, с которым школьник рассматривает очередную фабричную консольщину.

– Гибрид «глока» и «стейра», девять миллиметров, пятнадцать патронов в магазине, – бормотал Чертанович. Он вынул магазин, несколько раз подергал затвор с завидной скоростью и отточенностью жестов. Нацелился в точку за моей спиной.

– Идеально, – выдохнул он.

– Так чем это оружие настолько хорошо? – спросил я.

– Это квинтэссенция умственного труда оружейников всего мира за всю историю!

– Да уж, на комплименты ты не поскромничал. То есть это просто хороший пистолет и не более того?

– Хороший – это уже слишком много. Это оружие никогда не заклинивает, не делает осечек, не покрывается пылью. Оно всегда безотказно. Совершенно.