Краш-синдром

Передняя часть кузова оторвалась от крепления, высвобождая платформу под собой. Грузовик разорвало на части, от чего мои противники выронили сигареты и уставились на странное поведение машины.

– Всем привет! – громко сказал я, вскидывая Опус.

Первыми же выстрелами я поразил сразу троих. Один из них побрел в сторону, шокированный болью от эмуляции внутренних повреждений, которых, похоже, он никогда не испытывал. Остальные двое упали замертво.

Оставшиеся противники рассредоточились, спрятавшись за обломками грузовиков.

Двое самых отчаянных остались стоять, где были, лишь щелкнули затворами автоматов и открыли по мне огонь.

Я уже был готов – закрылся перчаткой, воображая подобие полицейского щита. Этого было недостаточно – пришлось на миг посмотреть на перчатку, поймать взглядом шевелящиеся ровные линии, дать им команду расшириться и вырасти до полутора метров. Раздвинул получившуюся конструкцию в стороны – и оказался укрыт импровизированным энергетическим щитом, словно нарисованным белым карандашом прямо в воздухе.

Пока что интерфейс управления не сильно отличался от стандартного экранного меню. Надо будет позже проверить, настраивается ли перчатка на голосовые команды или, скажем, на кнопки любого носимого устройства.

Еще четыре выстрела из Опуса, прямо через щит изнутри, – и мои враги пополнили ряды лежащих тел. Похоже, мое собственное поле моим же выстрелам не мешало.

По мне открыли огонь из четырех или пяти мест сразу.

Я присел на землю, расширил щит до сплошной полусферы. После ангара произвести нужную аналогию было легче легкого. Хоть гранаты в меня швыряй – не поцарапает.

Мотор второго грузовика уже чихал при нервных попытках его завести. Я прикинул траекторию движения и сделал прыжок от земли – прямо ему на крышу. В Версиане не имело значения, отправить ли меня вперед на полметра или на пятьдесят. Ну а на тридцатом уровне я как-нибудь переживу не самый привычный рывок.

Ощущение было таким, словно гравитация вытолкнула меня снизу вверх, чтобы поймать уже в другой точке на крыше грузовика. Наверняка психическая атака выдалась на славу. Сферу я, тем не менее, не отпускал, продолжая держать ее, в то время как с правой руки расстреливал поджидавших меня в засаде нулевых.

Похоже, мне не мешало сразу начать с прыжка. Он деморализовал противников сильнее, чем мои пули. Теперь они вовсе не считали меня за человека.