Банды Маратона

Он понимал, что ждать господина шерифа придется в разы дольше начальника стражи. Многие помирали в очередях от голода и обезвоживания – раньше и такое бывало.

Эльф прошел мимо дома скульптора. Хозяин сидел на лавочке у двери и старательно вылепливал грудь какой-то женщине. Грудь получилась отличная, очень похожая на настоящую, но мастер почему-то не спешил лепить для статуэтки руки и ноги.

Далан поприветствовал скульптора кивком головы, тот не ответил, лишь смахнул пот и вернулся к работе.

Следующий дом принадлежал гончару.

Как правило, у ремесленников первые этажи отводились под мастерские, а вторые – под спальни и кухни. Но из-за жары и духоты люди предпочитали работать снаружи, на относительно свежем воздухе.

У этой лавки эльф ненадолго задержался. Гончар занимался росписью недавно обожженных горшков, и на одном рисовал красного дракона, который обвивался вокруг изделия. В принципе, ящер получался неплохим, только вот хвост был немного не таким и пальцев на лапах пять, а не три. Видя напряженное лицо мастера, эльф не стал отвлекать его и указывать на неточности.

Простые маратонцы никогда не видели настоящих драконов – сюда они не долетали. А вот на юге творили настоящий беспредел, по сравнению с которым воровство овец и разорение деревень – детские шалости.

Одно время местные князьки откупались от драконов с тем или иным успехом, пока твари не потребовали царскую дочку в наложницы. Тут-то терпение у Династии кончилось, и началась война.

– Купишь горшок? – буркнул гончар, явно раздраженный тем, что у него стоят над душой.

– Нет, спасибо. Красивый дракон, – ответил эльф и пошел дальше.

Какие-то все злые, думал ветеран. Раньше горожане были приветливее, зазывали покупать товар, а сейчас нахохлились как бирюки. Но в лавке булочника предрассудки эльфа разрушились. За прилавком стояла дочка пекаря – милейшее пухленькое создание в белоснежном фартуке. Светлые волосы были спрятаны под колпачком, на круглом лице – ослепительная улыбка.

Далан купил два батона и кувшин воды и планировал немного пообщаться с девушкой, но со второго этажа спустился ее папаша – толстый угрюмый мужик.

Велев дочке присмотреть за пирогами, он встал за прилавок сам, и эльфу пришлось удалиться.

После района ремесленников дуга чиновников выглядела сущим кладбищем. Дорога идеально вымощена плиткой, высоченные стены из белого мрамора вокруг каждого особнячка – ну просто некрополь какой-то. И тишина. Ни звука – все чисто и стерильно, будто и не живет тут никто.