Мышка

Так как пациентка лежала, букет был вручен Алане, после чего мисс Линли была осмотрена и ободрена, и доктор отбыл, пообещав навестить девушку завтра.

– Мам, он же вдовец, да?

Алана вздрогнула и удивленно посмотрела на дочь.

– Кто, дорогая? Зак?

– Зак?

Алана смутилась.

– Если ты про доктора Митча, то мы знакомы тысячу лет.

– Так долго?

Кристина лукаво смотрела на мать.

– Они с твоим отцом приятельствовали. Хьюберт очень ценил его. Когда у него появилась я – он тут же повез меня знакомиться с дядей Лансом, ну и, конечно же, хвастаться перед Закари.

Да-да, он тогда так и сказал: «Зак обзавидуется».

На лице матери Кристина вновь заметила то же выражение. Боясь вспугнуть воспоминания о ее отце, которыми очень дорожила Алана, Кристина тихо поинтересовалась:

– И как? Получилось?

Алана рассмеялась.

– О, не то слово, дорогая. Он просто забыл, как дышать. Стоял и пялился на меня. Хьюберт его потом долго подкалывал. Зак тогда уже был женат. На Фионе. Она была такая маленькая, но очень фигуристая.

С большими…

Алана резко остановилась и посмотрела на дочь.

– Мама, я знаю слово «грудь» и даже его значение.

Алана улыбнулась.

– Ну да, да. У нее была большая грудь и тонкая талия – очень красиво.

– А что случилось потом?

– А потом, когда Робби было лет пять или шесть, она забеременела вторым ребенком. И где-то месяце на шестом или седьмом пошла зачем-то то ли в лес, то ли в деревню – подробностей я не знаю, мы тогда жили в Лондоне и сюда наезжали нечасто… В общем, она то ли споткнулась, то ли поскользнулась и упала… в яму или… что-то там было вырыто.

От падения у нее началось кровотечение, но в этой яме ее никто не видел и… Ее нашли через несколько часов, когда вернувшийся с работы Зак забил тревогу. Все было уже кончено.

Алана, не скрываясь, плакала, и Кристина вдруг поняла, что и из ее глаз тоже текут слезы.

– И он больше не женился?

– Нет, он воспитывал Робби один. Конечно, были няни, но замену матери он сыну искать не стал.

– А может, не нашел?

– Может, и не нашел.

Алана выдохнула, вытерла слезы и подошла ко второй цветочной вазе, что она принесла, поменьше.

– Но как же приятно, дорогая, когда столько цветов!

Кристина опустила голову и вздохнула. Алана нахмурилась:

– Прости, я, конечно же, не имела в виду, что хорошо, что ты повредила ногу. Я говорила только о цветах. Все джентльмены так милы и любезны. Все интересуются тобой и твоим самочувствием, шлют тебе поклоны и цветы.