Эльфовладелец

Посреди комнаты – широкий стол, рядом – спуск в подвал. Холодильников тут, очевидно, еще не изобрели, так что приходится хранить продукты по старинке.

На кухне трудятся три эльфийки. Одну я узнал – блондиночка, соседка рыженькой по кровати. Вторая – русая, с большущими голубыми глазами и строгим лицом. Третья – совсем еще юная брюнетка с собранными в хвостик волосами. Все трое носят зеленые платья, а поверх – забрызганные маслом фартуки.

Поварихи заметили меня не сразу. Голубоглазая нарезала разноцветные овощи, которых мне не доводилось видеть прежде.

Один, правда, походил на морковь, только белого цвета. Эльфийка мастерски управлялась с ножом, овощи почти мгновенно превращались в мелко нашинкованную стружку.

Блондинка помешивала какое-то варево большим половником, а «хвостик» водила над огнем сковородой. Они так увлеклись процессом, что заметили меня не сразу. Скорее всего, голубоглазая увидела отражение в ноже. Тут же что-то крикнула, девушки разом обернулись и отвесили низкие поклоны.

Могли бы и подождать, раз еда на плите.

Стоило «хвостику» оставить сковороду, как из нее повалил густой белый дым, послышалось шипение масла.

– Эй, подгорает! – крикнул я сугубо из благих намерений.

Но голубоглазая расценила это как замечание. Ее лицо стало еще строже. Эльфийка подхватила сковородку, вытряхнула содержимое на пол и ударила «хвостика» по рукам. Раскаленным, мать его, днищем.

Девчонка взвыла как раненая олениха, но рук не убрала. А мучительница уже занесла посуду для очередного удара.

– Хватит! – рявкнул я, хлопнув ладонями по столу. – Отставить, кому сказал! Ты – как зовут?

– Лунэль, – всхлипнув, ответила «хвостик».

– Идем за мной.

Мы вышли в холл. Девушка тихо постанывала и прижимала запястье ко рту. Я позвал Ромэля. Очевидно, он здесь за дворецкого и должен во всем разбираться. Не прошло и пары секунд, как эльф примчался со второго этажа.

– Неси мазь от ожогов или что-нибудь такое.

– Вы обожглись? – в глазах дворецкого читался неподдельный ужас.

– Не я.

Она, – я кивнул на Лунэль.

– И что? – спокойно спросил Ромэль.

У меня аж брови на лоб поползли.

– В смысле «и что»?

– Она же раб, зачем тратить на нее лекарства?

Хороший вопрос. Но белобрысый хлыщ определенно не в том положении, чтобы его задавать.

– Ты с кем спорить вздумал? – наехал я на него.

– Прошу прощения, господин, – Ромэль бухнулся на колени. Хорошо хоть не стал биться лбом в пол. Впрочем, ему не помешает.

– Встал и пошел за мазью.