Властелин 2

Тогда Ланц потребовал, чтобы вы рассказали содержание документов. Когда вы выполнили его требование, он испугался и отказался выполнять ваше поручение. Вы убили его, чтобы он не смог разгласить тайну. Вы хотели забрать документы из кармана убитого, но вам помешал сторож часовни. Вы испугались и убежали. А за ночь придумали историю с письмом барона фон Книгге и исчезающими чернилами.

– Бред!

– Ну, сказать «бред» – это просто. Вы попробуйте найти разрыв в логике.

– Да какой логике? У вас все строится на предположениях! Где доказательства?

Следователь позвонил в колокольчик и приказал появившемуся полицейскому ввести сторожа часовни.

– Узнаешь ли ты этого человека, – обратился к нему следователь.

– Узнаю, ваша милость.

– При каких обстоятельствах вы встречались?

– Чего?

– Я спрашиваю: где и когда ты его видел?

– Так это, четвертого дня возле часовни я его и видел.

– И что он там делал?

– Так это, по карманам убитого шарил.

– Ты хорошо его разглядел? Это точно он был? Ведь уже полночь была.

– Он, ваша милость, больше некому. Я, когда подошел, как раз молния сверкнула.

– Хорошо, подпиши вот здесь.

– Так это, не умею я, ваша милость.

– Ну крест поставь.

Выпроводив свидетеля, следователь улыбнулся арестованному:

– А вы, господин Вейсгаупт, говорите, что нет доказательств.

– У вас их и нет. Показания этого вашего сторожа не опровергают моей версии, что меня кто-то подставил.

– Суд разберется, господин Вейсгаупт, чья версия лучше: моя или ваша.

Следователь вызвал конвой и отправил арестанта в камеру. На этот раз Адам осознал, что до суда его не выпустят. Значит нужно готовиться долгие месяцы провести в этой камере. Придется выработать правила поведения, составить распорядок дня. Но сначала нужно выяснить, можно ли здесь читать и писать. Адам забарабанил в дверь камеры, крича: «Позовите следователя, хочу следователя». Но подошедший надзиратель сообщил, что следователь уже ушел и будет только завтра утром.

Это была первая ночь, позволившая Адаму отоспаться. Проснулся он от скрипа открываемой двери.

– К следователю, – коротко приказал надзиратель.

Адам шел, уверенный, что причиной вызова к следователю была его вчерашняя выходка. Поэтому он, не дожидаясь вопросов, заговорил первым.

– Я хотел спросить, господин следователь, можно ли в камере читать и писать?

– Зачем это вам? Я вас отпускаю.