Властелин 2

– Что вам угодно, мсье? – обратился генерал к нарушителю спокойствия по-французски.

– Подпоручик, Бонапарт, господин генерал, – представился Наполеон, сразу отошедший от возбуждения, – мне нужно с вами поговорить.

– Говорите.

– Но я хотел бы поговорить наедине.

– Вы здесь видите еще кого-то, кто понимает по-французски?

– Но я думал…

– Говорите или уходите!

– Меня не приняли в вашу армию на офицерскую должность, и я хотел бы…

– Я вас даже рядовым не возьму. Вы не имеете никакого понятия ни о дисциплине, ни о субординации.

– Но мне нужно! Я умоляю вас…

– Кому, нужно, так себя не ведут, – отрезал генерал и вернулся в дом.

– Вы еще пожалеете! – с досадой выкрикнул Наполеон, но генерал его уже не слышал.

Что теперь делать? Как оправдаться перед маркизом? Какой из него Император Европы, если он не смог исполнить простейший урок: поступить на военную службу в иностранную армию? Сейчас он готов пойти хоть капралом, хоть рядовым, но ведь не возьмут! Снова его вспыльчивость сыграла с ним злую шутку.

Хотя, с другой стороны, как он должен был реагировать? Безропотно согласиться на унтер-офицерскую должность? Для чего он тогда восемь лет грыз гранит военной науки? Для чего он родился дворянином?

С такой линией защиты подпоручик Бонапарт отправился обратно в Париж. Но чем ближе он оказывался к цели своей поездки, тем менее убедительными казались ему доводы в свое оправдание. Добравшись до отеля маркиза де Монферрат, Наполеон остановился у парадного крыльца, не решаясь войти.

Холодный ветер насквозь продувал тонкую шинель, но молодой человек не обращал на это никакого внимания. Он около получаса топтался на месте, затем развернулся и решительно зашагал прочь.

Нет, он не явится к маркизу, как побитая собака. Сначала он вернет доверие своего благодетеля. Он должен доказать всем, а, в первую очередь самому себе, что способен на многое. Он сам, без всякой помощи, сделает военную карьеру, а уж потом предстанет перед маркизом победителем.

Целую неделю Наполеон находился под гнетом необходимости оправдываться перед благодетелем. Только теперь, приняв, как ему казалось, наилучшее решение, он почувствовал облегчение. В Валанс, в свой полк он возвращался уже не мучимый ни досадой на себя, ни угрызениями совести, что подвел маркиза де Монферрат.

Однако, пока подпоручик находился в длительном отпуске, его полк успел передислоцироваться в другое место.