Новая жизнь мистера Брайна

– Братья Лорано… вот они!

Три черных кадиллака вырулили из-за угла полуразрушенного здания и остановились примерно в полусотне метров. Никто не спешил выходить из машин.

– Сидят! – констатировал Эванс. – Такое чувство: может шлепнуть их всех пока не началось… и точка! Что скажешь, Чарльз, а?

– А если они нас шлепнут? – спросил Майк.

– Это будет обидно! – заметил Эванс.

– У них… наверняка бронированные машины. – пояснил Брайн – Сначала надо поговорить…

– Ты думаешь они будут с нами разговаривать?

– А куда им деваться? – прохрипел Брайн и потом посмотрев на перепуганного Джорджа полюбопытствовал: – Что? Страшно?

– Мне – нет! Я просто хотел предложить: может отъедем в сторону.

Ну… чтобы… если стрельба начнется… ну ты понимаешь?..

– Конечно понимаю! Разговаривать буду я! Ты, Джордж, помалкивай!

– Это еще почему? Думаешь я испугался? Ты что же это… считаешь меня за…? – обиделся Эванс. – Нет, ты же…меня знаешь я…я буду рядом!

– Вот поэтому и помалкивай!

Первым вышел из машины Брайн.

Он спрятал руки в карманы пальто и стал ждать переговорщика с той стороны. Наконец дверь одного из кадиллаков открылась и оттуда вышел на свет божий очень невысокого роста человек в коричневом пальто и темной кепке. Он был коренаст, шел навстречу Брайну вразвалочку и все время одергивал плечами, будто поправляя пальто.

– Кто это, Майк? Лорано? – судорожно спросил Эванс.

– Нет. Это Малыш Грэг! Самый известный «мясник» в Чикаго. А я и не знал, что он теперь работает ну…на семью Лорано…

Майк щелкнул затвором «томпсона» и добавил:

– Итальянские друзья нас явно ну… не уважают!

Он вылез из машины и занял свое место возле Брайна.

Эвансу не хотелось прослыть малодушным и по этой причине он набрался храбрости и вслед за Майком покинул авто. Находясь по левую руку своего босса, он вспомнил, что у него в кармане есть револьвер, причем большой и увесистый. Джордж положил палец на курок и стал судорожно вспоминать заряжен он или нет. Нащупав патроны в барабане, он несколько поуспокоился…

– А где Марко и Антонио? – спросил Брайн, когда Малыш Грэг остановился двух метрах от него.

– Я буду говорить от их имени. – у Малыша Грэга оказался неожиданно низкий голос, и абсолютно незапоминающееся лицо, по которому невозможно определить возраст. Его совершенно справедливо можно было назвать человеком толпы, потому как слиться с кучей народа при его заурядной внешности – раз плюнуть.