Властелин. Книга 1. Свобода, равенство и братство

– И вы меня упрекаете? Это вы, граф ввергли меня во все эти неприятности, а теперь спрашиваете, почему я не в Англии? Да не могу я там жить среди этих чопорных англичан. Они думают одно, говорят другое, а делают третье.

– Ну, полноте, мсье Руссо. Вам всего то нужно было потерпеть еще года три.

– Не хочу я больше терпеть! Пусть меня арестовывают.

– Давайте так. Вы отправитесь к моим хорошим друзьям в Пруссию. Поживете на природе. Вы ведь любите природу? А через три года вернетесь к своей привычной жизни.

– Хорошо, граф, я поверю вам в последний раз.

– Ну, вот и договорились! А вы не представите меня вашему собеседнику?

– Мсье Бонапарт, разрешите представить вам графа Сен-Жермен. Мсье граф, разрешите представить вам Шарля Бонапарта, посланника Корсики, – произнес известный философ.

– Мсье Бонапарт, я невольно услышал вашу фразу. Вы упомянули о деньгах Корсики.

– Совершенно верно, мсье граф.

– Вы имеете в виду, что ваше Правительство чеканит свои монеты?

– Это так, мсье граф, – уже не так уверенно подтвердил Шарль.

– А из чего вы их производите?

– Очевидно, что из золота и серебра.

– Очевидно. Только откуда на Корсике золото и серебро?

– Кхм…,– Шарль растерялся. Действительно, откуда? Но он сам видел отчеканенную монету с изображением мавра на аверсе! Значит, золото на Корсике есть. И он нашел единственно правдивый ответ. – Этого я не могу сказать.

– Государственная тайна?

– Да, да, – обрадовано подхватил Шарль брошенную соломинку, – государственная тайна.

– Что ж, никуда не уходите, мсье Бонапарт. Мне интересно с вами поговорить. А пока я украду у вас мсье Руссо.

Сен-Жермен взял Руссо под руку и повел в другой конец зала. Там он представил философа своим друзьям из Пруссии и попросил приютить его на неопределенное время. Те с радостью согласились: не у каждого в замке гостит мировая знаменитость. После этого они немного поболтали на отвлеченные темы, и граф вернулся к скучающему Шарлю.

– Скажите, мсье Бонапарт, вы женаты?

– О, да! И моя жена…

Шарль в течение пяти минут расписывал прелести Летиции. Граф слушал, улыбался, а когда рассказчик в очередной раз набрал полную грудь воздуха, спросил:

– Вы говорите, ваша жена из знатного рода. Наверное, и ваши родители дворянского происхождения?

– О, да…

Шарль принялся во всех подробностях излагать историю своей семьи.