Экспансия 4`13

Их нельзя было разглядеть, потому что кристаллы освещения находились на уровне чуть выше головы. Глаза привыкали к свету и потолок, будучи не освещенным, оставался невидим. Зато из бойниц было отлично видно всех, кто находится внизу. Попробуй кто пройти через этот коридор, не будучи приглашенным заранее, сразу получит в своем теле целую кучу торчащих стрел, дротиков и копий. ВанНьях чувствовал на себе взгляд стражи откуда-то сверху. Он очень не любил чувствовать себя мишенью. Быстрее бы уже выйти отсюда. Куда-нибудь туда, где он является хозяином ситуации.

– Стой, кто идет? – Громко гаркнул стражник на входе.

– А, то ты, Нират. Не узнал меня. Открывай. Отец пригласил меня. – Раздраженно выпалил ВанНьях.

– Господин Младший Принц, прости, ты же понимаешь, порядок такой. – Ответил стражник. Его напарник, стоявший с другой стороны двери, трижды постучал в массивную дверь закованной в бронированную перчатку рукой. Дверь распахнулась.

– Кто еще пришел? Что происходит, Нират, ты всегда в курсе дворцовых слухов? – Спросил Младший Принц, остановившись перед входом.

– Не велено ничего говорить, велено встретить, открыть дверь. – Ответствовал стражник.

– Велено открыть дверь, открывать рот не велено. Понял. – ВанНьях шагнул в королевскую переговорную.

Переговорная представляла собой большую восьмиугольную комнату. Посреди комнаты стоял стол. Прямо над столом висела массивная люстра с кристаллами освещения. Стражи не было видно. Из-за чего создавалось обманчивое впечатление безопасности.

На самом деле на него сейчас нацелено штук двадцать арбалетов. Было бы больше, но помимо него в комнате находилось еще девять человек.

– А вот и самый Младший Принц. Ты не торопился. – Воскликнул один из собравшихся.

– Что поделать УнНьях. Я занимаюсь делами, вместо того, чтобы целыми днями крутиться вокруг отца, докучая ему своим присутствием. – Театрально опечаленным тоном ответил ВанНьях.

– Разумеется, наш уважаемый Самый Младший Принц, выше всего этого. Это нам недостойным приходится заниматься государственными делами, у него же есть свои.

Какие же именно дела ты, мой дрогой братец, считаешь более достойными, чем служение нашему дорогому отцу? – Участливо спросил УнНьях.

– Если бы ты, УнНьях, осмелился выйти из дворца, я бы с удовольствием тебе показал. Хотя, думаю, ты так сильно занят, что ни какое любопытство не заставит тебя покинуть это место. Впрочем, не думаю, что это как-нибудь связано с твоей боязнью покушений.