По предварительному сговору

Там уже фырча, и обливаясь водой из тазиков, наслаждались прохладой Степаныч и Валера Куценко.

Встав по прохладный душ через несколько минут, он почувствовал облегчение.

Вернувшись втроем, после душа, в кубрик расположились на кроватях, вытянув ноги.

Заглянул завхоз Андрей.

– Мужики, вам обед оставили. Если, что повара разогреют, – и, не дождавшись ответа, закрыл дверь.

В столовую так никто и не пошел. Кирилл не заметил, как уснул.

Проснулся от того, что Степаныч тряс его за плечо.

– Ты ужинать пойдешь? – спросил он, когда тот приоткрыл глаза.

По телевизору показывали очередной отечественный сериал про «ментов», в котором крутые спортивного вида парни «шмаляли» почем зря из пистолетов, зачем-то разбивали и взрывали свои и чужие автомобили, вступали в рукопашную схватку с жуткими физиономиями бандитами.

Взяв со стола металлическую миску, Кирилл, следом за Степанычем, побрел в столовую. Назначенный повар положил в чашки еле теплых слипшихся переваренных макарон с тушеной свининой.

– С такими поварами от голода опухнешь, – поддержал его Куценко, сидя за столом. – Могли бы тушенку обжарить с луком. Один галимый жир.

Веня стоял в центре кубрика, занимая все пространство, и красуясь, примерял новый синий камуфляж. Ему завтра предстояло выехать на блокпост, на трое суток. «Комок», не смотря на свои огромные размеры, плотно облегал его ляжки и грудь.

– У нас в городе подходящих размеров не было.

Его «разгрузка», не смотря на ослабленные тесьмы, не хотела сходиться и застегиваться на могучей груди Вени. После неудачных попыток он подвел итог словами «и так сойдет, можно и не застегивать» оставил эту пустую затею.

Вернулся с кипой бумаг Володя, майор дежурной части. Вячеслав остался в «дежурке», он был на смене.

– Думал здесь, от бумаг, отдохну. Куда там…

Майор вздохнул и забросил папки на кровать второго яруса.

– Завтра вновь из Ханкалы проверка едет. Во главе со «штабным» подполковником, – довел он до сведения. – Нам до утра поручили в порядок документацию по отряду привести.

Степаныч поднялся с кровати, молча, нарезал крупными кусками хлеб и ножом открыл пару банок с консервами.

– Что-то от макарон у меня изжога разыгралась. Давайте мужики перед сном перекусим, – сворачивая пробку очередной, баклажки с водкой добавил он.