Дюжина фронтовых эпизодов разведчика

Цыганка благодарно кивнула и, не выпуская свёрток с дитём из рук, откуда-то из складок одежды извлекла ложку, ловко обтёрла о подол юбки и быстро и судорожно стала поглощать теплую кашу.

Насытившись, чёрноглазая женщина, аккуратно положила спящего младенца в тень, прикрыв личико платочком от мух. Затем отнесла котелок бойцу Николаю и ещё раз поблагодарила, предложив погадать по руке.

– Не бойся, дорогой. Ты человек добрый. Если что плохое увижу – ничего не скажу, а может, кто ещё хочет судьбу свою узнать, – спросила цыганская мадонна, обведя взглядом сидящих и стоящих вокруг бойцов, с интересом поглядывающих в их сторону.

Желающих не оказалась.

Делать нечего и будущий комсомолец, подбадриваемый сослуживцами, решился испытать судьбу, протянув правую руку ладонью вверх гадалке. Внимательно рассмотрев линии на ладони, цыганка на мгновение задумалась, а затем взяла и другую ладонь в свои руки и также тщательно изучила.

– Живым всю войну пройдёшь, а если ранит, то не тяжело. Долгую жизнь проживёшь, два раза женат будешь, от второго брака двое детей будет, но большим человеком не станешь.

Да и богатым не будешь, зато внуков и правнуков увидишь, – выдала прорицательница и добавила.

– Вижу, ты не куришь, а если и от вина откажешься, то и рана лёгкой будет, – завершила своё гадание мадонна войны и направилась к ребёнку.

– Кто не курит и не пьёт, тот здоровеньким помрёт! – глупо пошутил рыжий рябоватый боец, но цыганка так взглянула на него, что тот быстро ретировался за спины товарищей.

В задумчивости от услышанного предсказания красноармеец Николай отправился к ручью, помыть котелок.

Через час вся маршевая рота была направлена на передовую, а в ночной атаке после смехотворной артиллерийской подготовки почти целиком полегла, даже не добежав до траншей противника, а боец Коля остался жив и даже не был ранен, успев спрятаться за трупами погибших товарищей. Предсказание молодой цыганки начало сбываться.

Больше того рыжего шутника Николай не встречал, да и остальных бойцов из взвода, присутствовавших на том гадании, почти никого.

Остатки маршевой роты, да и всего батальона были направлены на переформирование под город Муром.

Вскоре красноармеец Коля стал комсомольцем и командиром-наставником отделения из прибывшего пополнения. Курить так и не начал, обменивая табак и сигареты на хлеб и сахар, а водку или спирт пока ни разу не выдавали, тем более в тылу.

В конце июля боец Коля был вызван в штаб батальона.