Наблюдая за Большой медведицей

Юлиана уперлась головой в окно и пробурчала: «Лишь бы выжить…»

Туристы провозились с погрузкой не меньше часа, постоянно о чём-то спорили, ругались, шутили друг над другом. Лея по каждому поводу рыдала, Тощий бился головой то об дверь, то об кого-то, периодически спотыкаясь о свои же ноги. Кира с Юлей, хотя и сидели в разных углах, при любой возможности пытались переплюнуть друг друга качеством и количеством оскорблений.

Наконец, все погрузились. Не успел Роман присесть, как старик включил первую передачу и вдавил в пол педаль газа.

По несчастливому для Романа Александровича стечению обстоятельств во время такого бодрого ускорения машина угодила на кочку. Бедный руководитель сначала ударился головой о крышу авто, затем плашмя плюхнулся на пол, а вдобавок ко всему, сверху на него свалился и «многотонный» рюкзак Тощего.

– Не могли бы вы ехать аккуратнее? – возмутилась Элина, поправляя очки.

Старик на пару минут сбавил скорость, а затем снова разогнался до восьмидесяти км в час, двигаясь по грунтовке с ямами и кочками.

Не успели проехать и пару километров, как с неба линуло. Разразилась гроза, причем очень сильная. Дождь барабанил по крыше и, казалось, что та сейчас лопнет под бешеным напором воды. Тощий забился в угол на рюкзаки, воткнул беруши в уши и зажмурился. Лея надела капюшон, о чем-то задумалась, а потом задремала. Роман Александрович, помимо мыслей о возможных неудачах в походе, вдруг стал думать ещё и о том, выключил ли он утюг.

Как позже оказалось, не зря он это думал. Как раз в данный момент пожарные вскрывали дверь в его квартиру, чтобы потушить пожар в гостиной… Бедолага.

Элина читала книгу… В общем, каждый занимался своим делом, молча. А машина все летела сквозь ливень по грунтовке.

– Осторожно… Кипяток же! – вдруг крикнул Могильников. Туристы навострили уши – что там, на первом сидении происходит? Оказалось, что Олег Уюкович налил из термоса чаю старику и передал ему кружку.

А кричал потому, что дед разом проглотил напиток и не поморщился. Могильников не понял, что произошло, налил вторую кружку, сделал глоток – обжог себе все, что только можно и что нельзя.

– В общем, Уюкович, – посмеиваясь, сказал старик, – вам подходит имя Бармалей… Суровый дядька с ружьём, разбойник, чёрт какой-то… Но с брусничным чаем – добряк.

Из салона донесся лёгкий смешок. А затем заорала Лея.