Наблюдая за Большой медведицей

Он схватился за фотоаппарат, который висел у него на шее, и защелкал затвором. Затем спокойно отвернулся от готовых разразиться гневными тирадами, уже в его адрес, туристов, и посмотрел, что же получилось. Судя по довольной улыбке, что появилась на его лице, фото получились.

– У меня есть решение! – воскликнул старик, хлопнув себя по лбу, чем отвлек внимание туристов на себя. Он открыл дверь кабины, достал старый тулуп, курительную трубку, складной рыбацкий стульчик и уселся, – природа подскажет, как быть дальше! Туристам оставалось только вздохнуть, они уже поняли, что пытаться чего-то добиться от их провожатого – бессмысленное занятие.

По-прежнему моросил противный мелкий дождь. Кира накинула на голову капюшон толстовки, застегнула жилетку. Юля ушла обратно в машину. Дарьян все также был невозмутим – стоял в шортах, толстовке и в солнцезащитных очках, даже капюшон на голову не накинул. Достал сигарету, закурил. Могильников зыркнул в его сторону, стал что-то ворчать о вреде курения, на что Дарьян ответил нагло – пустил ему дым прямо в лицо.

Будь на месте его отпрыска любой другой, то капитан Дубанько посадил бы Могильникова в тюрьму за причинение тяжкого вреда здоровью. Покровский же отделался лёгким испугом и опухшей правой ладонью, в которой держал сигарету – Могильников её так крепко сжал, что кости хрустнули. Обругав Олега Уюковича, парень залез в машину, где Элина, покопавшись в своей аптечке, обмазала ему руку мазью и замотала эластичным бинтом. Во время медицинских процедур Дарьян бурчал, что будет мстить и «мстя» его будет ужасной.

Роман Александрович посмотрел на группу, на старика, глубоко вздохнул, словно принял важное решение и, надеясь, что не поступок его не будет слишком опрометчивым, скомандовал выгружать рюкзаки.

– Что? По такой погоде пойдём? – запаниковала Юля.

– А чего нам терять? – в унисон произнесли Тощий и Лея, которые стояли посреди дороги, подняв головы, и ждали, когда дождь смоет с них грязь.

–Так, стоп! – встряла Элина, закончив манипуляции с рукой Дарьяна. – Куда вы собрались, Роман Александрович?! Нам до места еще километров двадцать, вы сами говорили! Единственное направление, куда мы можем следовать – это обратное! Я считаю, что нам надо ждать помощи или сниматься с маршрута! – нервничала девушка. – И не надо меня успокаивать! – она сбросила со своего плеча руку Эдкевича.