Окрошка. Отрывочное жизнеописание одного кота

Туалет – как на вокзале: по углам комья пыли, на полу пятна. Весь унитаз в потёках и лобковых волосах… Жесть просто.

– Да. Я думал, все молодые уже давно там начисто всё сбривают… – рассмеялся Костя.

– Не смешно. Как-то вроде привык к тому, что девочки готовят, следят за порядком. Но на деле – свиноты. И сложнее яичницы ничего не умеют.

– Просто им нужна твёрдая хозяйская рука…

Гера пропустил шутку мимо ушей, нахмурился, обдумывая, сказать или нет.

– Как дома? – ехидно подтолкнул его Костя.

– Гад… – усмехнулся Гера и выдержал паузу.

 – В выходные начали порядок наводить, стирать-готовить. Я в магазин пошёл. Возвращаюсь, а она банным полотенцем полы на кухне моет.

Костя сидел с каменным лицом.

– Я говорю, милая, а чего ты делаешь? Тряпка же половая есть. А она – всё равно его стирать. Бллин!

– Ну, в общем, да. Чего париться – всё равно же стирать.

– Ты так делаешь?

– Нет.

– Нет. И я нет. А она делает.

– Ну и забей.

– Не могу! Не могу я забить. Я понять этого не могу.

Половая тряпка в ведре при входе в ванную. Грязное полотенце – в глубине, в корзине. Оно, блин, элементарно дальше. Почему не взять половую тряпку?

– По-моему, ты чересчур остро реагируешь. Глотни, покури, расслабься.

Гера хотел что-то ответить, но не стал и сделал большой глоток. Отдышался.

– С пола иногда вытирает тряпкой для стола. Едва споласкивает и протирает стол, – Гера с мольбой уставился на товарища.

– Тебе посочувствовать?

– Да.

– Да, братан, дела. Она, конечно, вообще…

– Сволочь, – усмехнулся Гера.

– А чего ты ей просто не скажешь?

– Не могу спокойно. Сначала пытался, а она сразу обижалась, мол, одни претензии. Потому молчу до последнего. А потом срываюсь.

– Потому что не надо держать в себе! – Костя подмигнул, поднялся из-за стола и пошёл в туалет.

– Ну, а как вот спокойно человеку объяснить, что вытирать со стола – это не смахнуть всё на пол? Или что посуду моют, чтобы она была не мокрой, а чистой?

– Хорош. А то у меня от смеха прицел сбивается.

Мыть сортир я щас не готов.

Зашумела вода слива, следом – крана. Костя вышел, стряхивая воду с рук.

– Вот.

– Что – вот?

– Тебе же не нужно объяснять, что в туалете за собой надо смывать, а после – мыть руки?

– Блин, Герыч, такой ты токсичный, – с грустной улыбкой выдохнул Костя.

Жена была дома: горел свет, в ванной шумела вода. С кухни веяло свежезаваренным чаем.

Окрошка бросилась на Геру и больно вцепилась когтями в бедро.