Окрошка. Отрывочное жизнеописание одного кота

Гера неторопливо налил себе чаю и вернулся в кресло. Колесики едва слышно грохнули о пол. На звук моментально прибежала Окрошка. Она запрыгнула Гере на колени, но не разлеглась, а напряжённо всматривалась в хозяйку в углу.

– Ну и? – поторопил кошку Гера. Окрошка перешла на диван и села. Она всё так же пристально смотрела на хозяйку, изредка оглядываясь на Геру. Гера демонстративно играл, игнорируя жену: «Неадекватная дура».

Окрошка фыркнула и неспешно двинулась в хозяйке, загодя начав тихонько мурчать.

– Крошенька, девочка моя, – невидимая скорлупа злости, сдерживавшая истерику, испарилась, и жена снова заплакала – печально и негромко.

Глава 6. Истерика

Мой кот был настоящим мужиком.

– Я больше туда не поеду! – с порога бросила жена Гере.

Гера прикрыл двери и сбросил кеды.

– И давно ждёшь?

Жена сидела в коридоре на комоде. Гера взглядом попросил её подвинуться, поставил рюкзак и потянулся поцеловать. Жена увернулась, подставив щёку.

– Что случилось?

– Она истеричка.

Вот что. Смотри!

Расцарапанные руки Гера заметил с порога. Но теперь жена вытянула их и покрутила, давая Гере возможность оценить масштаб. Предплечья и кисти были исполосованы; некоторые царапины довольно глубокие, припухшие.

– Бедняга… Кроша!

– Кроша твоя уже три часа со шкафа не слезает, – начала жена. Но тут грохнула кровать, лапы стукнули о пол и из дверного проема выглянула заспанная кошка.

– Ну, ещё бы…

Жена фыркнула, встала с комода и ушла на кухню. Кошка неспешно подошла к Гере и потёрлась о его ноги.

Гера присел на корточки, погладил. Шерсть на холке была жесткой, слипшейся патлами.

– Ты чего там устроила?

Кошка с секунду смотрела на Геру непонимающим взглядом, прикрыла глаза и заурчала.

– Балда.

Гера прошёл на кухню и обнял жену.

– Так чего там случилось-то?

Жена вздохнула.

– Обряд экзорцизма там случился. Переноску открыла, эта сволочь пару секунд спокойно посидела, а как только врачиха подошла – шипит, отбивается, пена изо рта! Говорит – вы подержите кошечку, ей так спокойнее будет.

А эта срань мне всеми четырьмя лапами руки полосовала, пока я пыталась как-то её перехватить. Я, дура, не отпускала. И она меня грызанула! Вон, посмотри!

На тыльной стороне ладони жены красовались две точки, как от змеиного укуса. Рука в этом месте заметно раздулась. Гера осторожно погладил.

– Плохо.

– И болит – жуть.

Гера вздохнул.

– Прививку-то успели?

– Ага! Щас! Куда там.