Окрошка. Отрывочное жизнеописание одного кота

– Он не заснул.

– Да? – искренне удивилась Вика. – Всё равно доставайте.

Гера взял кота за шиворот. Тот не сопротивлялся – снова разинул пасть.

– Ну, ничего. Не бойся. Это ж я! – улыбнулся Гера и Крош успокоился.

Гера бережно вытащил кота. Тот обмяк и казался тяжелее.

Вика помыла руки в кухонной раковине, натянула перчатки и продезинфицировала руки спиртом.

– Кладите, – она кивнула на пелёнку.

– Он же в сознании.

– Двойной наркоз. Больше нельзя. Не спит, но ничего не почувствует.

– Что?!

– Кладите!

Геру замутило.

Он уложил кота на стол и отошел. Крошан почувствовал свободу – он неуклюже встал и сиганул со стола, но устоять на лапах не смог, растянулся. Подобрал лапы, поднялся. Разъехался. Снова попробовал встать. Опять не устоял. И тогда он пополз к двери. Гера с восхищением смотрел, как Крошан борется. Вряд ли кот понимал, за что конкретно – скорее, боялся лишиться контроля над сознанием и телом. «Прям как я под травой».

– Ну? – поторопила его Вика.

Гера поднял кота, как ребёнка, уложил его на предплечья и шепнул на ухо: «Прости».

– Можно я в комнате посижу?

– Нет. Он не спит. Так что на всякий случай держите. Больно ему не будет, но будет неприятно, и он снова может начать убегать.

Больно не будет. Гера вспомнил такую же свою операцию под местной анестезией. Две блокады. И всё равно резали как по-живому. Несколько раз он едва не терял сознания от боли. «Вы не должны ничего чувствовать». Не должен. Не должен, бллин!

Во рту пересохло.

– А можно подождать? Пару минут.

Жена приедет…

– Нет, – отмахнулась Вика. – И так уже опаздываю.

Захотелось схватить её за волосы и ударить лицом о стол.

– Как держать?

– За холку. И передние лапы.

Гера встал над котом и аккуратно собрал в кулак кожистый лохматый загривок. Крошан запищал – едва слышно.

– Ну, малыш! Всё будет хорошо. Папа рядом, – запела Вика.

Гера сглотнул.

– Не… называйте меня так. Пожалуйста.

Вика хмыкнула.

Правой рукой Гера легко почесывал и гладил морду кота – за ухом, шею, нос и макушку.

– Начинаю. Держите.

Когда она сделал надрез, кот дёрнулся. Передними лапами он вцепился Гере в кисть – не играючи, как раньше, всерьёз. Он подтянул её к морде. Гера продолжал гладить. От каждого движения когти глубже впивались в кожу.

– Ты крутой. Ты охренеть какой крутой! Потерпи. Потерпи немного.

Вика снова что-то сделала, и кот притянул руку Геры к пасти и вцепился в перепонку между большим и указательным пальцами.