По ту сторону листа

Нервы немного успокоились. Он принял душ, побрился, выбрал подходящие по размеру вещи.

– Одно старье, – недовольно заметил он. – Лучше бы на рынок сходил…

Он отгладил брюки и рубашку, начистил туфли. С антресоли достал туалетную воду, подаренную сыном несколько лет назад, но так и не открытую.

Последние пятнадцать минут он сидел на кухне напротив часов и нервно постукивал ногой по полу. Ровно в десять он вышел из квартиры. Площадка была красно-оранжевая от закатного солнца. Н.П. вдруг понял, что последний раз был на свидании больше полувека назад.

От этой мысли он едва не сбежал обратно, домой. Но тут открылась Ирина дверь.

– Ну, ничего себе! Пойду надевать платье… – рассмеялась она.

– Остальное в стирке.

– Ты же только приехал?!

Коля пожал плечами.

– Ну что, пойдем?! – она закрыла дверь и взяла его за руку.

От прикосновения у Н.П. перехватило дыхание.

«Вот черт! – подумал он. – Неожиданно!»

8

Н.П. вышел на балкон. С приближением лета город тяжелел, становился более резким.

Медленно исчезала весенняя прозрачность красок, перегревающийся воздух становился неприятным.

«Странно снова обрести молодость, особенно под самый конец, и не знать, что с нею делать. В детстве не верилось, что когда-нибудь вырастешь из своих шорт и сандалий, поэтому все мечтали скорее стать взрослыми». У детей принято спрашивать, кем бы они хотели стать, когда вырастут. Н.П. хотел просто вырасти, стать большим.

Однажды он шел с мамой из магазина и, как учил отец, взял у нее сумку. Сумка была не тяжелая, но Коле очень хотелось поухаживать за мамой и показать, что он взрослый и сильный.

С его ростом пришлось поднимать руку над плечом, чтобы не протереть дно об асфальт. Через пять-десять метров, сумка заметно прибавила в весе. Но он нес. Мама смеялась, мол, помощничек растет, а Коля нес, багровый от напряжения и смущения – не понимал, подшучивает мама или говорит серьезно. На полпути к дому, он взвалил пакет себе на спину, как мешок. "Скорее бы вырасти, – думал ребенок, – чтобы можно было  пакет носить на выпрямленных руках, потому что когда его так носишь, это гораздо легче. Тогда бы я сам смог ходить по магазинам". 

И вот он вырос, потом состарился. За этими двумя словами спряталась жизнь, полная событий. Две жены – от одной пришлось уйти, другая умерла; прекрасные дети, внуки. У него были сбережения, дававшие свободу, но уже не было здоровья, чтобы ею воспользоваться. Да и что нужно больному старику? Шерстяные носки, таблетки и телевизор.