Призрак Надежды. Часть I

Потом пошло прахом всё остальное: Нью-Йорк – большое яблоко, Канберра – родина кенгуру, Лондон – твой любимый город, Париж – с красавицами парижанками, Майями – с идеальными фотомоделями, Мадрид – с постройками средневековья, Дели – с индийскими фильмами, Пекин – с дешёвыми товарами.

– Разве это главное? – спрашивала меня Алиса.

А главное растворилось вместе с разнесённым в прах мегаполисом. Не хожу я по тем развалинам, может и тебя убило? Людское мнение тебя заботило, жизни тебе не хватало. Вот она жизнь – сумрачный мир Земной, поглощённый Тьмой.

Перед пропастью я стою, ни конца ни края ей нет, гляну в неё, крыло Надежды мелькает призрачно. Да не дотянутся до неё. Слово одно довлеет, по которому оглянуться хочется, да мешает мне оно. Вперёд надо идти, а мне это слово в голову идёт, остановить меня хочет. Только пути нет, пропасть передо мной, да и мост мне не нужен. И как идти дальше не знаю. Да и путей других не видно, то ли пеплом их занесло? Звёзды тухнут уже, которые свет мне давали.

И тишина наступила, слова вымолвить не даёт, дыхание спирает.

Так побывала ты в Зазеркалье? Я только в кроличью нору залез, чудеса разные видел в Стране Чудес. И сейчас заносит меня в Страну Чудес, тебя в ней найти пытаюсь, а ты в Зазеркалье меня ищешь. В зеркала смотришь, себя видишь и моё отражение тоже, только рядом с тобой я не стою, Зазеркалье это.

Дианону ты отдалась, а меня в голове держала. Имел он тебя, как наложницу свою.

Глава 3

Наше время

Одиннадцать раз Земля вокруг Солнца обернулась с того времени, как увидел тебя первый раз и девять, как я написал код Сатаны.

Не знаю ничего о тебе, лишь иду по дорогам пустынным. Так и не понял я, что правильно, что нет. Может я и не прав был, что мир угрохал.

– Назад не вернёшь.

– Да, – сказала ты мне тогда.

Да, не вернёшь тот мир благополучный, который был до кода Сатаны, мною написанный. Не родился бы я, мир процветал бы этот, хорошо всё было бы. А я его угрохал, а сам жив остался.

А пусть теперь так, оазис Ада на Земле наступил. Мама меня родила, надеялась, что благополучно всё будет у меня, жизнь мне дала. Как-то правильно у всех всё, в 23 года женятся, детей рожают вовремя, жизни радуются, да теперь печалится будут. Не зря я его развалил, мир этот, пусть плачут сидят теперь люди на руинах городов. А я лишь путь видеть буду, Звезда меня ведёт моя. Пусть Херувимы с Дианоном сражаются, решают правоту свою на обломках мира.