Кошку убило любопытство

Должен был быть договор с агентом, а его в документации как раз и не было. Неужели аудиторы его не нашли?

Петровичу явно не хватало трубки, но у братьев курение было категорически запрещено. Об этом очень вежливо предупреждали даже самых важных клиентов, которые приезжали на переговоры.

На столе загудел мобильный телефон. Петрович посмотрел на номер. Это был его домашний. Значит, Шнайдер вернулся, и аудитор включил связь:

– Доктор, – голос у сыщика был бодрый, – я уже вернулся. В неплохом настроении. Состояние Рамона за последние месяцы не ухудшилось, а это уже хорошо.

А как дела у вас?

– Я пока у братьев Клемен. Сижу, работаю.

– Тогда не буду вас отвлекать. Но попрошу разрешения задержаться еще на одну ночь. Мне пришла в голову одна идея, и я хотел с вами ей поделиться. А уеду я завтра или утренним, или дневным. Это будет зависеть от нашего разговора. А пока я схожу в супермаркет, и как в старые добрые времена, закажу ящик «эдельвейса» с доставкой.[7 - Edelweiss – австрийская марка пшеничного пива (нем.

)] Ну, так как?

– Шнайдер, я буду очень рад.

– Тогда до встречи, – и сыщик повесил трубку.

Петрович вернулся к отчету. А ведь договора с агентом может и не быть, подумал он. Там же всем заправляет та шайка, которая приезжала на стрелку с хозяином горной гостиницы, и которая пыталась договориться о продаже этой сети. Может, этот швейцарский счет открыт главарем этой шайки или его племянником? Конечно, тогда аудиторы не нашли никакого договора. Но они же как-то должны были выкрутиться и обосновать эти трансферты?

Он еще раз просмотрел пояснительную записку к балансу.

Вот оно. «Забалансовые счета». Так, что здесь написано? «При продаже прав на пользование услугами физического лица организация гарантирует его здоровое телесное и психическое состояние. Гарантии обеспечиваются забалансовым счетом».

Конечно, догадался Петрович. Когда футболист переходит из одного клуба в другой, то проходит медицинское обследование. Наверняка, так же делает и ночной клуб.

Но обследование проверяет телесное состояние. А как быть с психическим? Что делать, если через год работы в клубе у девушки начнется неврастения или депрессия?

Аудиторы вполне могли навесить на швейцарский счет ярлык забалансовых денежных средств, которыми сеть уже распоряжаться не может. Но, пока у девушки не констатировали неврастению или какое-нибудь другое психическое расстройство, эти деньги не должны были быть доступны также и клубу.