Империя Мертвецов

Да и поесть бы не помешало.

Наконец я выбрал мягкое кресло, обитое черной кожей, стоявшее недалеко от двери. Оно мне показалось наиболее удобным. Расположившись в нем и отложив трость к стене, я продолжил:

– Мы оба понимаем, что спокойной жизни мне не видать. Вы рано или поздно найдете способ убить меня. Причем организуете все так, чтобы все выглядело как несчастный случай.

Граф несколько секунд буравил меня взглядом, после чего усмехнулся.

– Странно… а Святослав говорил, что ты очень далек от политики и всевозможных интриг.

– Кхм… не надо быть семи пядей во лбу, чтобы просчитать такую нехитрую комбинацию.

– Ну хорошо, дам я тебе этот месяц. Но что дальше? Если ты просто возьмешь и уйдешь из крепости, мне начнут задавать вопросы. Да и соседи не поймут подобного и выкатят претензии. Или того хуже, соберут людей и попробую организовать «возвращение трона законному правителю».

– А я сделаю это так, что ни у кого не возникнет никаких вопросов.

– И как же?

Я улыбнулся и принялся рассказывать ему свой план.

И с каждой секундой его лицо становилось мрачнее и мрачнее.

Разговор шел недолго, поэтому уже через десять минут мы вернулись в общий зал. Члены «Высшего Совета», это название я достал из памяти, продолжали сидеть на своих местах и что-то неспешно обсуждать. Подозреваю, что меня.

Из воспоминаний Андрея стало понятно, что местный князь не обладал безграничной властью в городе-крепости. Формально он отвечал за функционирование защитных механизмов и за проведение воинских операций в «мертвых пустошах», в то время как «Высший совет» занимался вопросами жизнедеятельности города.

В первое десятилетие после зомби-апокалипсиса князья управляли всем единолично, но это привело лишь к междоусобным войнам с другими крепостями. Подумать только… двадцать лет локальных столкновений в условиях, что мир и без этого стремительно мертвел. Сколько жизней живу, а люди везде одинаковы.

Когда дело начало набирать скверный оборот, дед Андрея, Виктор, созвал собрание князей всех близлежащих городов.

Там они и пришли к выводу, что дальнейшие распри приведут лишь к взаимному уничтожению. Они заключили мир и согласились немного ограничить собственную власть.

Уже позже появились гражданские собрания, в итоге превратившиеся в «Высший Совет». Туда попадали представители знатных семей, обычно владеющих целой отраслью. Они могли накладывать вето на решение князя, если оно нарушало принятые законы.