Тень Ворона – 7

Это Мария Фонсека, перспективный боец, переметнувшийся на сторону аргентинцев.

Теперь Император вспомнил. Он действительно видел ее досье, когда ему принесли на подтверждение план нападения на Воронова и Испанца.

– Что ей вкололи?

– Последние годы мы работали над препаратом, способным переводить бойца на следующий ранг силы.

– Это как ваши стимулирующие капсулы?

– Не совсем. Капсулы позволяют усилиться на время, после чего у того, кто их использовал, случится сильнейший откат. Новая же разработка имела постоянный эффект.

– Подожди…я правильно понимаю, что если что-то подобное вколоть обычному Ратнику, он сразу перейдет в ранг Титана?

– Такова была задумка, – кивнул Александр. – Я много раз говорил тебе, что мы плотно работаем над технологией, способной в корне изменить баланс сил на поле боя.

– Пока это только теории. А они не сильно помогают во время сражений.

Тем временем на экране не происходило ничего хорошего. Организм Марии явно отторгал препарат. Она билась в судорогах, а изо рта шла кровь.

– Не похоже, что эксперимент прошел удачно, – хмуро заметил Георгий.

– Сперва я тоже подумал, что мы провалились. Но… благодаря нашим друзьям из MI6 стало известно, что девчонка не просто выжила, но и…стала Титаном. – Александр облокотился на стол и с сияющей улыбкой посмотрел на брата. – Иными словами – у нас получилось!

Георгий пока что не разделял бурную радость Третьего.

– И что в этом хорошего? Все данные лаборатории, да и сам Вальтер сейчас находятся в руках у наших врагов.

– Ты недооцениваешь нашего деда, – ухмыльнулся Александр. – Незадолго до пленения он уничтожил все данные с компьютеров лаборатории, запустив программу самоуничтожения. А заодно отправил мне резервную копию.

– И что с того? У малийцев есть специалисты, которые заставят старика рассказать все, что он знает.

Улыбка Третьего стала еще шире.

– Не получится. По словам Степана, Вальтер стер собственную память. А на взлом данных с его чипа им понадобится не меньше нескольких лет.

– Стер память…? Но зачем?

– Полагаю, для того, чтобы наши враги согласились на обмен. Мы обсуждали с ним этот вариант. К тому же не забывай, Вальтер очень ревностно относится к собственным изобретениям. Он бы предпочел умереть, чем отдать их в руки малийцев или аргентинцев.

Император выдохнул.