Город не от мира сего. Цикл «Хроники Обсервера». Часть I

Тогда он тем же путём двинулся назад, прижимаясь к камню, стараясь уловить даже слабый звук.

Ему повезло там, где он уже буквально висел одной ногой над пропастью. Пустота в стене ответила ему более гулким звуком. Он задышал часто и взволнованно. Наконец-то!

Слова древнего единого языка, который он изучал по источникам, собранным после того как схлынули воды Потопа, вновь зазвучали над бездной. Он увидел, как мелкая пыль стала отрываться от камня и опадать долу, затем серая поверхность как паутиной подёрнулась сеткой трещин и просела внутрь.

Он сквозь стену почувствовал, как кто-то могучий ворочается с той стороны. И было неизвестно, в каком настроении.

– Кто бы ты ни был, смертный, доверши начатое! – раздался из темницы хриплый клёкот. – Выпусти меня скорее.

– Терпение, мой друг.

– Клянусь, я убью тебя!

– Боюсь, это обещание затруднительно выполнить.

Голос затих на время. Слышно стало, как он втянул ноздрями воздух.

– Ты иного семени, – удивлённо протянул голос.

 – Чего ты хочешь?

– Другой разговор! Мне угодно получить услугу.

Камень снова стал затвердевать, и дыхание стало слышно хуже.

– Скорее говори!

– Я ищу Ярлык. Поможешь?

– Ты знал, кого искал и знаешь, кого нашёл. Зачем ты просишь о том, что я не могу выполнить? Как мне помочь, если я лишён плотского облика.

– У тебя будет то, что нужно, – сказал он, закрыв глаза и прислонив ладонь к отдушине в камне. – Я предлагаю тебе свой сосуд.

– Хорошо! Я помогу тебе, смертный иного семени. Назови своё имя, и я войду в тебя.

– Нимруд, – сказал он, помедлив. – Можешь звать меня так.

Андрей почувствовал, будто ему в лёгкие залили расплавленную медь и судорожно вцепился в скалу, чтобы не сорваться в пропасть. Что-то вошло ему в грудь, бесцеремонно и нетерпеливо, расталкивая внутренности и выжигая душу. Он проснулся от собственного вскрика, отбросил мокрое от пота одеяло, свалился с кровати и стал хвататься за пол.

Головокружение остановилось. Он поплёлся в уборную, подставил голову под кран и долго стоял под ним, успокаиваясь. А потом горько усмехнулся и поздравил себя: приступы реалистичных кошмаров, когда-то преследовавшие его во сне и наяву, снова вернулись.

Он взял вещи, погасил свет и захлопнул квартиру.

?

Подолонь

Птица, охотящаяся на болотах, начинает тонуть, если не двигается.