Дом у реки

Именно о такой кукле я давно мечтала, – закричала я и повисла на шее родителей.

– Дуська, ты меня сейчас задушишь, – сказала мать.

– Мама, большое вам спасибо, я вас люблю, – сказала я и поцеловала в щеки мать и папочку.

Весь вечер мы сидели за праздничным столом и болтали на различные темы.

– Полина, утка просто божественная, – сказал папа, закидывая в рот очередной кусок птицы.

– Да, мамочка, просто пальчики оближешь, – сказала я.

– Ну вот, я рада, что вам понравилось, – ответила мать.

– Так, доченька, бери свой стакан с соком и говори тост, – говорит папа и улыбается.

Я беру свой стакан с малиновым соком, вытягиваю руку вперед и говорю:

– Я хочу выпить за то, чтобы в нашей семье никто не болел, чтобы мы были дружными и счастливыми, чтобы мама почаще улыбалась, чтобы всё, что мы задумаем, – сбывалось.

– Ай, спасибо, – говорит папа, и мы чокаемся стаканами.

– С Новым годом, – говорит папа…

Прошло несколько дней.

– Полина, я завтра на два дня уйду на дальнюю заимку.

Надо обновить корм для оленей и зубров в кормушке. А то морозы совсем лютые, и животина в такие морозы без еды не выживет.

На следующее утро отец отправился на дальнюю заимку. День пролетел очень быстро, я весь день помогала матери по дому, вязала шерстяные носки, перебирала в погребе картошку и овощи, помогала убирать избу и готовить. Уставшая от домашней работы, добравшись до своей кровати, я быстро провалилась в сон. Мне снилось, что мы с папой и с мамой идем по лугу. Я собираю разноцветные цветы и делаю из них венки.

Первый венок я одеваю на голову папе, второй – маме, ну а третий – себе. Светит солнышко, вокруг парят разноцветные бабочки и стрекозы, слышится пение соловушки. На душе от этого так тепло и хорошо.

Какой-то посторонний шум отрывает меня ото сна. Я открываю глаза: в избе темно. Из соседней горницы доносится легкий скрип. Глаза постепенно привыкают к темноте, и я уже могу разглядеть очертания мебели в своей комнате. Я потихонечку вылезаю из-под одеяла и на цыпочках крадусь по своей комнате.

Я потихоньку отодвигаю покрывало, висящее у меня вместо двери, и крадусь к покрывалу, прикрывающему вход в папину и мамину комнату. В полумраке ночи я слышу, как кто-то стонет. Я потихоньку отодвигаю край покрывала в сторону и через маленькую щелку смотрю. В полумраке ночи я вижу на стуле форменный китель милиционера и фуражку. Дальше в полумраке ночи я вижу, как моя мать сидит на дяде Коле, милиционере, сверху, и она полностью раздетая.