7 грешников

Не хочется потом долго болтать с сумасшедшими и шибко умными профессорами, ведь если мы будем как-нибудь к этому причастны, то потом будут разные разбирательства и нас потом могут как-нибудь притянуть ко всем их опытам и экспериментам. Не дай бог ещё и крайними останемся. Лишняя болтовня и переживания нам ни к чему. Доложим, что здесь безопасно и вернёмся к нашему отряду – они лишь поклонились и направились в сторону своего любимого сообщества.

Никто из лейтенантов никого не обнаружил, но Николай, перед тем как уйти, громко и отчётливо произнёс.

– Пока, я знаю, что ты нас видишь и молча смотришь, как мы покидаем твоё секретное место и не пались ни с чем, а то я прекрасно знаю твой нескончаемый уровень любопытства, который не знает границ. Однажды он тебя погубит – издалека лишь был слышен отчётливый ответ, который никто не услышал, так как они использовали лёгкий шаг, позволяющий моментально перемещаться по пространству «интересно, что же с тобой произошло, отчего так много стал разговаривать, надо будет потом тебя рассмотреть, как в качестве экспериментального материала».

Отойдя на пару километров, чуть позже обернулись, так как услышали мощный взрыв, но не стали сильно задерживаться, так как у себя было много других дел, и двинулись дальше. Но у каждого в голове промелькнула аналогичная мысль. Что же это был за взрыв, насколько он должен быть мощным, чтобы было слышно на такой немалой дальности, пускай даже и не совсем сильно, но это не отменяет того факта, что он был очень мощным.

Ведь дым настолько высоко поднялся, что аж достигал облаков. Но, помимо этого, у каждого появилась и иная мысль, более позитивная, ведь они прекрасно понимали, что он там остался жив, так как этот капитан не раз уже совершал что-нибудь подобное и каждый раз выходил оттуда живым. Да, может некоторые травмы и получал, но его третья форма меча не позволяла нанести критический вред его телу.

У Коли снова начали промелькать воспоминания, когда они проходили ту местность, в которой он решил молча постоять, посмотрев на то, что его окружало вокруг.

Он никому о них не будет рассказывать, даже читателю, так как предпочитает сохранять всё глубоко в сердце. Иногда даже доходит до того, что это его начинает постепенно изнывать, мучить, что аж здоровье медленно портиться, ослабевает, но даже при этом он продолжает молчать, ведь он самому себе пообещал, что не станет раскрываться перед всем миром.