Покоривший волну

Джонни шарахнулся об косяк и повалил борд. В это время девушка вставала и получила падающей доской по голове. Она успела компенсировать удар, выставив над головой руку, но все же это было неприятно. Девушка схватила доску руками и развернула ее поперек, создав шлагбаум между собой и Джонни.

– Это крем, в начале сезона я использую его, чтобы не обгореть раньше времени.

Ольга покраснела, но за белыми мазками крема это было почти незаметно. Джонни обвел глазами маленький кабинетик, в котором на стенах и потолке висели доски для серфинга разных размеров и видов.

– Я вчера видел, как катались, – Джонни ткнул пальцем в висящую доску.

– Да, сюда приезжают на шторм. Здесь неплохие волны.

– Сегодня тоже вроде штормит, но они куда-то исчезли.

– На этом пляже катаются новички, пологий песчаный берег, небольшая волна. Любители адреналина едут в Сукко.

Джонни заулыбался, как и все приезжие, которые впервые слышали название этого пригорода Анапы.

– Я тоже оттуда, из Сукко, – сказала девушка, и они оба засмеялись.

 – Пойдем.

Она повесила на стену упавшую доску, взяла соседнюю оранжевую, перемотанную скотчем, и указала Джонни на дверь.

На борде маркером был нарисован ценник. Девушка воткнула доску в песок, и она сразу превратилась в рекламный щит.

– Дядя Армен, я подписала все доски. Будешь сдавать в аренду – бери паспортные данные. Иначе я разорюсь.

– Я все понял. – Старый армянин кинул презрительный взгляд на Джонни, поднялся и поцеловал девушку в щеку. – До завтра, Олэчка.

Ольга пошла к дороге, а Джонни поплелся за ней.

– Женя или Джонни, как меня называют друзья, – представился сибиряк.

Ольга не любила мужчин, которые липли к ней на пляже. Чаще всего она просто избегала общения, и тем самым запал большинства пропадал. Внимание парней нравилось ей и прельщало, но отношения на пляже она строить не собиралась. Не в той семье воспитана была. К Джонни же она почему-то почувствовала симпатию. Его детская простота и заинтересованность в серфинге абсолютно исключали так называемые «подкаты».

Она впервые почувствовала, что интересуются именно ей, ее увлечением, а не фигурой и задницей. Ольге захотелось дальше говорить с ним, но она себя сдерживала. Может, потому что было только начало сезона и за зиму она отвыкла от клейких разговоров.

Крем от загара впитался, и Джонни разглядел все черты лица девушки. Судя по миндалевидным глазам с зеленоватым оттенком, у белокурой Ольги были какие-то восточные корни.