На грани миров

Почему в голове промелькнула именно эта мысль, а не, например, бутылка минералки, сказать сложно. Но вот это место передо мной… Нет, оно всегда было здесь! Да-да! Не могло же оно появиться из воздуха. Или могло?

Чувство дикой жажды толкнуло меня вперед.

Подойдя к озеру, я наклонился и зачерпнул немного воды ладонями. Выпил пару глотков – водопад вдруг испарился, словно это был мираж.

– Какого! – я отпрыгнул назад и упал на спину.

Поднявшись, я осмотрел место, где ранее было небольшое озерцо, но теперь тут находилась зеленая равнина, а вместо водопада – лысая скала.

Что это было? Не иначе галлюцинации после переноса? Я же в другом месте, а значит, перенесся, что это может быть еще? Или я все же сошел с ума? Что бы это ни было, жажда больше меня не беспокоила, а значит, вода была настоящей. И это уже начинало пугать.

Куда меня занесло и как – не знаю. Но теперь меня посещают три мысли. Первая: я каким-то образом телепортировался на другую часть континента, что является самым приятным исходом.

Вторая: это другой мир или реальность, ее не стоит сбрасывать со счетов. Третья: моему разуму пришел конец. И третий вариант пугал сильнее всего, ведь мне и так тяжело жить в нашем мире, так еще не хватало, чтобы меня боялись, ведь люди опасаются тех, кто не похож на них.

Почему меня не посещают мысли о том, что я умер, а это какой-то ад или рай? Я не верю в жизнь после смерти, как и в другие миры. Но все же в иную реальность поверить легче, ведь откуда-то эта стена энергии, которая не подчиняется земным законам физики, появилась.

Да и не покидало меня ощущение, что жизнь не отпустит меня так просто, иначе бы я погиб при первом же «Явлении».

Хм… стену энергии видели все на Земле. Значит, это отбрасывает теорию о том, что я сошел с ума?

2

Сидеть на месте не было смысла, да и ветер пронзал насквозь: меня, одетого лишь в тонкую белую футболку и летние брюки, выкинуло из жары в прохладу. Организм не был к этому готов.

Пока я шел по зеленым равнинам, где иногда встречались каменные холмы, меня не покидала мысль, что я тут один и мне суждено блуждать по этим местам до голодной смерти.

Это одновременно и радовало, и пугало…

День сменился ночью, а признаков жизни все не было. И вот вдали показался лес.

Я подошел к нему, но желание зайти в его чащу покинуло меня: лес был ужасен. Древние деревья, покрытые мхом и лишайниками, пахли сырой гнилью. Кустарники, которые были еле различимы в темноте, принимали устрашающие формы.