Путь. Часть 3. Последняя мысль

Но не высокое положение прельщало мечтательного ребёнка, а возможность увидеть умопомрачительное разнообразие мира и, конечно же, пройти через невероятные приключения, рассказы о которых Тит мог слушать часами от ветеранов многочисленных войн в кабаке своего отца. И как только сыну кабатчика исполнилось пятнадцать лет, он добровольно записался на службу. Блестяще закончив обучение за три года, Тит был зачислен в легион, и уже после первого сражения, проявив себя храбрым и умелым воином, стал десятником, а ещё через два года сотником.

Многие сослуживцы завидовали самому молодому командиру легиона, но уважали его, а подчинённые беспрекословно выполняли все приказы любимчика бога войны, которому постоянно улыбалась военная удача, и победа казалась чуть ли не преданной женой, отдающей себя в руки только своему неизменному обладателю.

Вот и сейчас, будучи на острие атаки, Тит шёл первым во главе своей сотни, вонзившейся клином в ряды противника, сеял в них панику, и всего лишь свирепым видом своим заставлял вставших на его пути врагов содрогнуться и послушно умереть от смертоносного клинка.

А клинок сотника вместе с пиками и мечами солдат пел заунывную песню торжества смерти, которая словно сидела на плечах своего верного слуги и злорадно смеялась в такт лязгающей музыке не ведающего жалости оружия.

Сотня Тита вспорола оборонительный порядок противника, создав брешь, куда хлынул весь имперский легион, разделяя неприятеля на две части и постепенно его окружая. Противник предпринял попытку уйти в глухую оборону, чтобы перегруппироваться.

Но ему не хватало то ли выучки, то ли времени, так как легионеры десятками, стремительным единым натиском не давали врагу ощетиниться копьями и спрятаться за щитами.

Искусно владея коротким мечом, легионеры убивали одного, двух копейщиков и вновь прорывали оборону, вливаясь в ряды противника подобно яду, впрыскиваемому змеёй в свою жертву. Именно в таких моментах битвы личная выучка Тита и его подчинённых позволяли стремительно развивать атаку, не давая возможности врагу что-либо противопоставить имперскому войску.

– Руби влево! Руби вправо! – громко выкрикивали десятники, направляя своих подчинённых, чтобы немедленно пресекать попытки неприятеля занять оборону и не дать ему возможности перевести дух.

Авангард врага уже был полностью уничтожен, и обезумевшим от крови легионерам теперь противостояли основные силы противника. Но их ждала та же участь, что и предшественников.