Путь. Часть 3. Последняя мысль

Спустя какое-то время музыка запечного мастера всё же смогла затмить прочие звуки в храме, и Ас, упустив всего на мгновение тревожные мысли, незаметно для себя практически забылся, опустошив своё сознание для плавно, но настойчиво втекающих в него умиротворяющих мелодий. Веки монаха стали тяжелеть, и он начал медленно проваливаться в сладкий мир снов, как вдруг услышал незнакомый голос:

– Замечательно стервец играет! Душевно!

Монах вздрогнул от неожиданности и прислушался к тишине, но кроме редкого сапа собратьев и громкой трели сверчка ничего не услышал.

С усилиями подняв голову, Ас огляделся – в помещении все спали. «Показалось!» – подумал он и повернулся на бок.

– Нет, не показалось! – снова раздался в голове монаха голос.

– Кто здесь? – вскочив с постели, шёпотом, еле слышно спросил Ас, чтобы не никого не разбудить.

– Выходи во двор, где ты сегодня провожал звезду. Я жду тебя, – произнёс незнакомец.

Путы сна сразу исчезли. Монах поднялся, поспешно облачился в белоснежную тогу, в которой средь ночной тьмы стал похож на привидение, и аккуратно, на цыпочках вышел во двор.

Здесь, вне храма, ни музыки сверчка, ни сопения спящих монахов слышно не было. Вообще ничего и никого не было слышно, что сразу же насторожило послушника. Это показалось Асу весьма странным. Он провёл много бессонных ночей на улице, и единственным, что скрашивало одиночество, являлось многообразие различных шорохов и постоянное копошение ночных тварей, вылезающих из своих убежищ на территории храма только после захода звезды.

А сейчас во дворе царила густая, несколько искусственная тишина, от которой на душе становилось тревожно и необычайно одиноко. Внутренне Ас съёжился, будто хотел защититься или того лучше спрятаться от этого беззвучия. Возникла даже мысль вернуться обратно. Но любопытство взяло верх, и монах вышел на середину двора.

Ас огляделся – вокруг никого, но почувствовал душой: за ним пристально наблюдают. Причём смотрят не на него, а внутрь, пытаясь что-то рассмотреть.

От этого взгляда невидимого незнакомца стало ещё тревожней и настолько не по себе, что монаху захотелось рвануть наутёк подальше отсюда, и вовсе не от загадочного визитёра, а от своего нарастающего страха. Только от себя бежать некуда. Понимая эту нехитрую истину, Ас оцепенел, разрываясь между желанием убежать и осознанием бессмысленности побега.

– Кто здесь? – Ас приложил немалые усилия к выдавливанию из себя этого вопроса.